Собрание сочинений в шести томах. Том 5
- Автор: Бондарев Юрий Васильевич
- Год: 1986
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- ISBN: в издании отсутствует
- Жанр: Военная проза
Электронная книга - «Собрание сочинений в шести томах. Том 5». Краткое содержание книги:
Оформление художника В. Любина.
Потом он остался один на платформе. Дальний шум поезда затихал в лесах, давно уплыла в ночь красная искра последнего вагона, и дико, неотвратимо, словно радуясь бешеной своей скорости, закричал в чаще паровоз, рождая мощные звуковые перекаты: «Проща-ай!»
— Прощай, — прошептал Сергей, только сейчас поняв, что он больше никогда ее не увидит.
Он сошел с платформы, вспрыгнул в телегу и, как бы опомнившись, бешено погнал лошадь в черноту ночи, подальше, подальше от этой станции.
1950
Река
1
Сильный ветер шумел в вершинах островов, и вместе с гулом деревьев доносилось тревожное кряканье озябших уток. Уже больше двух часов плот несло по быстрине, и не было видно ни берегов, ни неба.
Подняв воротник куртки, Аня сидела на ящиках и смотрела в темноту, где давно исчезли огоньки Таежска. Только позавчера, после пересадки с поезда на самолет внутренней линии, она прибыла в сибирский этот городок, старинный, купеческий, с современными громкоговорителями на улицах, усыпанных пожелтевшей хвоей, и там, получив назначение, не найдя в себе смелости расспросить подробно о новом месте, плыла теперь в геологическую партию на плоту с совершенно незнакомыми людьми. Было ей неспокойно, и не проходило ощущение странного сна, который должен вот-вот оборваться. Но все было реально: растаяли в холодной тьме слабые искорки дебаркадерных фонарей, она сидела на ящиках, и от порывов ветра в конце плота разгорался багровый жарок трубки, поскрипывало равномерно весло, черным пятном проявлялась человеческая фигура, — и, будто вырываясь из сна, Аня наконец спросила неуверенно:
— Мы нигде не остановимся?
Раскаленный уголек трубки колыхнулся, осветил блеснувший циферблат ручных часов, хрипловатый голос ответил из потемок:
— Два с половиной часа в пути. Что вы не спите, доктор? Ночевки на берегу не будет. Ложитесь возле Свиридова на ящики и спите себе.
«А что сейчас в Москве? — подумала Аня, представляя затихающие к ночи улицы, тихий свет фонарей на асфальте, зеленые огоньки такси на опустевших стоянках. — Да, да, письма сюда будут идти больше недели…»
— Замерзли, что ли?
— Нет, нет! — сказала она быстро.
Ветер расчищал небо; над высоким левым берегом, в прорехах туч, ныряя, цепляясь за побеленные вершины тайги, катилась луна, становилось то сумеречно, то ясно. Аня, привыкшая к темноте, с удивлением увидела весь плот — ящики, брезент на нем, спящего под тулупом геолога Свиридова и второго геолога, Кедрина, подошедшего к ней от весла: с обоими ее познакомили утром в управлении Нефтеразведки.
Луна высвечивала замкнутое, хмурое лицо Кедрина; просторная куртка с откинутым дождевым капюшоном делала его широким и тяжелым, и еще утром Аня подумала, что он своим мрачным видом был похож не на геолога, каких встречала не раз в Москве, а на какого-то немолодого зверобоя.
— Продрогли, доктор? — сказал Кедрин. — Ну ладно, это лирика… — Он усмехнулся. — Вы как, мозолей боитесь? Или, простите, для медицины очень бережете ручки?
— Почему вы это спрашиваете? — не поняла Аня и зябко засунула руки в рукава. — Странно как-то…
Он, медля отвечать, пососал трубку, проследил, как пронизанные лунным светом белые клочки дыма унеслись к черной воде, после молчания сказал почти грубовато:
— Идите сюда!
— Зачем?
— Идите, не задавайте вопросов! — повторил он тем же тоном и медвежьей развалкой двинулся к веслу. — Здесь я за вас отвечаю, а мне поручено доставить вас в сохранности.
Аня слезла с ящика и подошла, вглядываясь в его лицо.
— Я вас не понимаю.
— Становитесь сюда. Берите весло. Вот так. Ясно? Держите плот посередине… Движение веслом вправо и влево. Наука примитивная, но согреетесь — гарантирую. — И, не ожидая ответа, сел на ящики, выбил трубку о доски, добавил: — Не стесняйтесь, работайте, только мозолей на ручках не бойтесь!
— Но я не пробовала ни разу, — проговорила Аня с робостью. — Я должна управлять веслом? Вы… серьезно говорите?
— Совершенно серьезно. Попробуйте, я же вам сказал.
От волнения, от студеного воздуха у нее заныли зубы, она вправо и влево с усилием повела веслом, вырывавшимся из ее рук, и рядом заскрипела уключина, забурлила вода. Тяжко покачиваясь, плот скользил по быстрине — и, как в непрекращающемся сне, Аня со страхом оглянулась на Кедрина, который молча сидел в накинутом на плечи тулупе, темным силуэтом выделяясь на ящиках, среди залитой холодной луной реки; долго спустя он проговорил вроде бы насмешливым голосом: