![Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
шутливо закончил полковник и с наслаждением, маленькими
глотками выпил стакан до дна.
Я умею не пьянеть. Впрочем, и опьянею — из меня слова
не выжмешь... Сразу бай-бай... Лизутка хороша... Получше моей
Анжелики... Ей лет двадцать с хвостиком, а Анжелике тридца
тый стукнул... Молодится дура, наряжается для своего Жорика...
Если б с Лизой сошелся, Жорика — в BYP, знаю за ним де
лишки... лет па восемь потянут. На Анжелику я найду кого
натравить. Лизавету — себе, а сына ее на воспитание родным
или в детдом... Она бы мне животик грела, массировала... —
размечтался захмелевший полковник.
Гвоздевский смутно помнил, что он выпил еще один или
два стакана и заплетающимся языком просил любить и жалеть
его. Капитан помог ему добраться до кровати, пообещав, что
будет любить его до гробовой доски, а уважать и того дольше.
Гвоздевскому снился Жорик. Жорик почему-то называл себя
по имени-отчеству, Георгием Климовичем, чего раньше за ним
не замечалось.
— Ты уважаешь меня, полковник? Не уважаешь Георгия
Климовича?! — спраншвал Жорик, сверху вниз поглядывая
на полковника. Гвоздевский хотел встать, в эту минуту он
лежал на кровати в своей комнате, но длинные пальцы Жори
ка сдавили ему живот.
— Я люблю мужчинам животы гладить, — кокетливым
женским голосом признался Жорик. — Поцелую тебя, Осип,
зацелую, — пищал Жорик, впиваясь в губы полковника. От
Жорика тошнотворно пахло дешевой помадой и лошадиным
потом. Он целовал Гвоздевского жадно, взасос. Лицо Жорика
вытянулось, покрылось густой черной шерстью. На мгновенье
он отшатнулся. Полковник увидел длинные острые клыки,
торчащие из открытой слюнявой пасти. — Я люблю тебя, —
хрипел Жорик, все сильнее сжимая полковника. Гвоздевский
хотел закричать и... не мог. Он попытался вырваться из Жори322
ковых объятий, напряг все силы, но Жориковы руки, цепкие
и сильные, немилосердно прижали его к матрацу. Горький
комок тошноты подкатил к горлу. Полковник рванулся... Еще
усилие — и он открыл глаза.
За окном брезжил тусклый рассвет. В двух шагах от его
кровати сидел капитан. В руках он держал исписанный лист
бумаги. Капитан внимательно читал его, беззвучно шевеля гу
бами. При пробуждении от сна, даже самого кошмарного, к пол
ковнику в первую секунду возвращалось ясное сознание. Он
обычно знал, где он, что с ним происходит и кто находится
рядом. Вот почему он с первого взгляда узнал письмо, кото
рое капитан внимательно читал или вернее изучал, вглядыва
ясь в каждую букву. «Из кармана вытащил... Как я забыл о
нем? Дурак!»
Капитан поднял голову и, увидя, что полковник не спит,
положил письмо к себе на колени.
— Доброе утро, Осип! — насмешливо приветствовал ка
питан.
— Как... ты... смеешь!! — выкрикнул полковник. В ту же
минуту он почувствовал острую боль в левом боку. «Это спро
сонья... пройдет...» — успокоил себя Гвоздевский.
— Доносик-то не лейтенант писал, — словно не расслышав
окрика, заговорил капитан. — Я его руку хорошо знаю. Не он...
Y лейтенанта и буквы не такие корявые... А это как медведь
лапой нацарапал.
— Положь... письмо! — приказал полковник. И снова жгу
чая боль в желудке. Острые иглы впивались в поясницу, неви
димые когти рвали все тело. «Что со мной? — холодея от
ужаса, думал Гвоздевский. — Опять прободение?.. Тошнота...
жжет...» Полковник явственно увидел чье-то лицо. Кто это?..
Мерещится... Галлюцинация... Но лицо не исчезало. Гвоздев
ский заскрипел зубами. Ноги свела судорога. На лбу выступил
холодный пот.
— Я его сберегу получше тебя, — рассудительно возразил
капитан, пряча в боковой карман письмо. — Тут хоть и на меня
наклепано... Я — человек маленький... А письмишко накатал
старший сержант Рысаков. Вот бы на кого не подумал... Щуп