Иерусалим, Хайфа — и далее везде. Записки профессора психиатрии

Марксистско-ленинское понимание истории оказалось примитивным, что подтверждается катастрофическим опытом построения социализма в разных странах. Мне стали доступны другие философские идеи, такие как антропологизм и натурализм, рационализм и иррационализм, сциентизм и антисциентизм и другие. Меня всегда привлекал экзистенциализм: «человек определяется исключительно его собственными свободными решениями, то есть каждый наш выбор свободен, а мы несем за него полную ответственность». Экзистенциалисты считают свободу выбора неотчуждаемым и основным свойством человека. Как бы на нас ни воздействовали извне, мы всегда можем сделать выбор. Вместе с тем я получил много подтверждений того, как сознанием людей манипулируют различные силы государства, партии и даже иррациональные силы.

Живя в демократическом обществе, я участвовал в выборах, забастовках, войнах и в разного рода переговорах. Мне стали очевидными и «дефекты» демократии как системы, но примат личности и ее прав над государством кажется мне принципиально важным. Все это потребовало коррекции поведения в моей работе, в частности в отношениях с сотрудниками, коллегами, пациентами и адвокатами. Я постепенно научился вести дискуссию и спор по существу предмета, не затрагивая личности оппонента, с благодарностью принимать замечания рецензентов моих работ; понизился уровень моего критицизма (похоже, что я преодолел остатки юношеского максимализма).