Мятежники Гора

— Но нас скорее трое, плюс простое длинноногое животное, — заметил Таджима. — Или Ты видишь в нашей компании высокую леди?

Крестьянин, сверкнув глазами, попятился из хижины, освобождая дверной проём.

— Эй, девка, — позвал он.

— Господин? — испуганно откликнулась Незуми.

— Ползи ко мне на коленях, — велел крестьянин, — руки держи за спиной, левой рукой обхвати правое запястье. Когда доползёшь, встань на коленях здесь, снаружи, на свете солнца, и запрокинь голову, чтобы я мог рассмотреть тебя.

Незуми неловко выползла на солнечный свет. Рабыни повинуются свободным людям беспрекословно.

В работорговых домах девушек обучают тому, как доставлять мужчинам удовольствие, им преподают утончённость, умения, правила поведения и позы рабыни для удовольствий, в том числе их тренируют правильно двигаться, а так же и тому, как правильно не двигаться. Задача состоит в том, чтобы демонстрировать изящность, покорность, очарование и уязвимость во всех аспектах. В конце концов, они — рабыни. Они не должны скрывать, отрицать, высмеивать, негодовать, ненавидеть или подавлять свою женственность, наоборот, они обязаны принять её, высвободить, наслаждаться и упиваться ею, чтобы быть самыми цельным и прекрасными из женщин, рабынями своих владельцев.

Красиво ползти у Незуми не получилось. Она столь мало знала об этом, что даже не догадалась расправить плечи, чтобы подчеркнуть очарование своей груди, едва скрытой под тонкой тряпкой полевой рабыни.

— На ней ошейник, — констатировал крестьянин.

— Само собой, — буркнул Таджима.

Я по-прежнему оставался позади, в самом тёмном углу хижины.

— Ой! — пискнула рабыня.

— А клеймо-то совсем свежее! — определил крестьянин, с подозрением глядя на девушку.

— Всё верно, — не стал отрицать очевидное Таджима. — Я купил её недавно, и решил, что будет разумно заклеймить её как можно скорее.

Крестьянин вернул на место подол рабской одежды.

— Её что, мясник подстригал? — проворчал он.

— Понятия не имею, — пожал плечами Таджима, — я купил её уже такой.

— Держи голову запрокинутой, девка, — потребовал крестьянин.

Он ещё некоторое время пристально всматривался в её лицо. Дело в том, что свободные женщины пани редко скрывают свои лица вуалями, соответственно, если он когда-либо прежде видел дочь сёгуна, то он вполне мог её опознать. Если бы это произошло, то, скорее всего, нам бы пришлось его убить. С другой стороны, возможно, надо было иметь острый глаз и быть хорошо знакомым с чертами лица надменной, утончённой, изящной Сумомо, чтобы рассмотреть их в запрокинутом, покрытом пятнами грязи, испуганном лице Незуми.

— Она неопрятна и выглядит отвратительно, — заключил крестьянин, — жалкая рабыня.

— Зато у неё привлекательные ноги, — заметил Таджима.