Железный начдив Азин. Между красными и белыми

Вот после одного такого «озорничанья» пришли к Думенко старики-казаки да пожаловались: так, мол, и так – не дело это, своих же казаков забижать…

Взбеленился Думенко:

– Как?! Кто?! Почему?!

Выяснилось, что Будённый и его казачки «чуток пошалили», и кто-то кого-то «ссильничал».

– Плетей им, чертякам! – взревел Думенко и тут же распорядился устроить «озорникам» показательную порку перед строем.

– Что творишь, Борис?! Меня, Георгиевского кавалера, даже при царе никто не смел пальцем тронуть, а ты – плетьми?! – со слезами на глазах накинулся на командира Будённый.

– Тоже мне, Георгиевский кавалер выискался! Навешал себе на грудь фантиков на базаре… Не гоже подобное для истинного казака, – бросил он в ответ и кивнул казаку с нагайкой. – Наддайте-ка ему, братцы, чтоб не забывал о чести казацкой!

Наддали. Да так, что потом с неделю в себя приходил.

Такое, согласитесь, не прощается. А потому Будённый терпеливо ждал подходящего случая отплатить…

Интересно, что недоразумение с «георгиями» – не единственное в биографии Будённого. Взять, хотя бы, его участие в революционных событиях. Складывается впечатление, что и она в своё время была тщательно отретуширована. Так, Семён Михайлович во всех анкетах отмечал, будто перед Октябрём состоял в солдатском полковом Совете. (Учитывая, что Советы являлись довольно значимыми представительскими органами на местах, для успешной карьеры это было немаловажным фактором.)

Однако, когда дотошные исследователи бросились искать его имя в списке активистов 18-го Северского полка (часть, где Будённый якобы состоял в Совете), то имени прославленного в будущем конармейца там не нашли. Мало того, копнув глубже, пришли к неожиданному открытию: а Совет-то, оказывается, был антибольшевистский! Таким образом, ещё неизвестно, что лучше – оказался бы Семён Михайлович в том списке или нет. Для него спокойнее, пожалуй, было бы, если б и вовсе никогда не упоминал тот злосчастный полковой Совет. А так, выходит, чуток заврался…