Улей [The Hive-ru]

В тот день, когда останки Калисты перевезли с острова Ламми в прозекторскую, — в ту пору находившуюся в подвальном этаже больницы Уотком Мемориал, — Алан попросился на ночное дежурство. Он понимал: то, что он собирался сделать, это страховка. И Алан молился, чтобы ему никогда не пришлось оплатить её сполна.

В коридорах больницы царила тишина, но человек в форме по-своему был невидим. Никто не указывал ему, что часы посещений окончены. Никто не сказал ему ни слова. В таких учреждениях, куда сотрудники полиции нередко захаживают, но их срочная помощь почти никогда не требуется, они исполняют свои обязанности, не привлекая к себе внимания. Просто люди в форме, которая является символом их готовности служить обществу.

Морг размещался не на столь видном месте, как, скажем, сувенирный магазин или родильное отделение. Алан приложил к считывающему устройству в лифте карточку-ключ, выданную Пэтти, и нажал кнопку подвального этажа.

Второй раз он приложил карточку-ключ у входа в морг.

Алан знал, что несанкционированный визит его жены в мертвецкую будет зафиксирован, и она, в случае чего, не сумеет найти ему законное обоснование.

Но Пэтти все равно рискнула.

Днем спустилась в морг и оставила там свой любимый свитер.

Конечно, это было неубедительное оправдание, но она верила, что его примут, если придётся давать объяснения.

Алан надел латексные перчатки и включил свет. Над головой вспыхнули старые люминесцентные лампы, ненадёжно закрепленные на потолке. Он прямиком направился к холодильной камере. Найти Калисту не составило труда: на полках лежало всего одно тело. Да и запах помог. Слабый, едкий. Ни с каким другим не спутаешь. Расстегивая темно-синий мешок с останками Калисты, он воображал, что из него, словно сигаретный дым, поднимается смрад.

Трупы он видывал и раньше, но не такие. Во-первых, он знал, что произошло с Калистой, ставшей жертвой обстоятельств, которые вышли из-под контроля. Она не должна была умереть. Трагедию спровоцировали роды. А море Селиш крайне жестоко с ней обошлось. Морские животные и рыбы обглодали её тело в тех местах, где оно было повреждено водной стихией. И в результате ударов о камни. Как ни странно, лицо почти не пострадало, за исключением носа. Он исчез. Алан почувствовал, как к горлу подступает желчь. Проглотив горечь, он вытащил конверт с несколькими волосками, которые добыла Хизер.

Трупное окоченение уже прошло. Алан нашел пальцы Калисты и аккуратно достал волосы из конверта. С помощью пилки для ногтей, которую он принес с собой — забавно, но благоразумно, — он расположил волоски параллельно её ногтям. Затем, крепко держа её руку, осторожно запихнул волосы под ногти. Запихнул глубоко. Глубже, чем живой человек, мог бы выдержать, но это не имело значения. Калиста была мертва. С его подачи она теперь могла кое-что рассказать о своей гибели.