Улей [The Hive-ru]

— Сколько времени это займет? — осведомилась Стефани у Линдси. — Сейчас самый разгар предвыборной кампании. Нам дорога каждая минута.

— Мы расследуем убийство, — отвечала Линдси. — Вы уж соизвольте уделить нам время, иначе мне придется обратиться в прессу и публично поинтересоваться, почему Хизер Джарред отказывается сотрудничать со следствием.

— Мы не отказываемся, детектив. Просто постарайтесь управиться побыстрее, хорошо?

Последней, как всегда, явилась Марни.

Линдси уже знала, что Марни из тех женщин, которые никогда не упустят возможности покрасоваться, показать себя. А это значит, что они никуда и никогда не прибывают первыми. С какой стати? Для людей, жаждущих внимания, эффектное появление важнее, чем уход. С головы до ног она была одета в белое: белоснежный костюм от «Шанель», белоснежные туфли, и одно-единственное украшение — брошь в виде пчелы, которой она очень дорожила.

— Симпатичная брошка, мисс Спеллман, — заметила Линдси.

Грета посмотрела на Хизер и улыбнулась.

Марни в ответ на комплимент лишь впилась в Линдси сощуренным взглядом.

— А где Триш? — спросила Хизер.

— Она теперь Пэтти, — сообщила Грета.

— О. Так где же она?

— В камере предварительного заключения, — ответила Линдси. — Утром ей предъявят обвинение в двух убийствах. Вероятно, ещё и в совершении других преступлений.

— Каких, например? — уточнила Хизер. Её всегда интересовали детали.

— Например, в похищении ребёнка Калисты Салливан. Решать будет прокурор.

Марни была потрясена.

Или изобразила потрясение.

— Грета, ты же сказала, что ребёнок умер?!

Грета промолчала.

Хизер с Диной тоже.

В конференц-зал вошла в сопровождении полицейского Пэтти Шарп. На ней был оранжевый комбинезон, какие выдают в тюрьме округа Уотком. Её руки и ноги сковывали длиннющие цепи: в их тюрьму не часто попадали подростки. И то хорошо, подумала Линдси, запрятывая эту мысль. В последнее время она взяла себе за правило коллекционировать любые позитивные новости.

Женщины молча наблюдали, как Пэтти, гремя цепями, усаживается во главе стола. Марни с Диной сели напротив Хизер и Греты.

— Разбились по парочкам, — прокомментировала Пэтти. — Как в старые добрые времена.

— Едва ли, — ответила ей Марни. — Во что ты вляпалась?

— Минуточку, — произнесла Линдси. Она сама только что заняла место на другом конце стола, но теперь встала, словно что-то вспомнила. — Мне нужно позвонить.

Она покинула конференц-зал, решив, что пусть женщины несколько минут поварятся в собственном вонючем соку, приправленном давним соперничеством, взаимными претензиями и воспоминаниями о том времени, когда ими верховодила Марни Спеллман.