Телохранитель Ее Величества 3. Страна чудес [АТ]

Сердце Леи учащённо забилось — она поняла, о ком речь. О человеке, о котором забыла, и была бы рада не вспоминать. И вряд ли бы услышала, окажись её подозрения напрасными, а его открытие ничего не стоящим. То есть…

— И что он сказал? — Она почувствовала, как внутри неё всё съеживается от дурного предчувствия.

— Откуда я знаю? Марселла говорит, передал какую-то бумажку и ушёл. Сказал, что устал ждать, пока ты «отдохнёшь», если захочешь, сама найдёшь его. Надеюсь, это не тот самый старик из «Омикрона»?

Лея как можно равнодушнее пожала плечами.

— Не знаю. Может, и он. Где бумажка?

— У Марселлы, конечно!

Ладно, я внизу. Давай, не затягивай, пьянь эдакая!

И быстро выскочила за дверь — подушка Леи ударилась лишь в дверной косяк.

Развернула Лея полученную от главы опергруппы бумажку лишь в салоне «Либертадора». Это оказался обыкновенный квадратный блокнотный клочок бумагопластика с семью цифрами в столбик, напротив каждой из которых стояло число. Но раз за разом перечитывая этот бесполезный вроде клочок, она всё больше и больше ощущала волнение. К моменту въезда в дворцовые ворота оно достигло апогея, и Лея благодарила бога, что её состояние можно легко списать на действие детоксина, Мишель ни о чём не догадалась.

Но когда люки открылись, она, наконец, сумела взять в себя в руки и прошествовала в шлюз дворца с уверенностью многосоттысячетонного астероида в своём праве бороздить просторы Вселенной.

— Мишель, — произнесла она, когда задняя стена шлюза опустилась, а передняя ещё не поднялась. — Я сейчас пойду на ковёр к маме. Но там не задержусь, ибо что-то мне подсказывает, вырубилась я раньше, чем Мария Хосе устроила рядом со мной групповуху. Ты же не расслабляйся — найди за это время гиперкатер. Как только я освобожусь, полетим в Санта-Розу.

Белобрысая присвистнула.

— Ближний свет! Мы ж только оттуда! Зачем?

— Надо, — отрезала Лея. — Кое-что не доделали.

Мишель пожала плечами — спорить с Леей в некоторых вопросах бесполезно. Очень уж она упёртая — вся в маму. Что ж, Санта-Роза — так Санта-Роза.

Март 2425, Венера, Альфа, Золотой дворец

— Крёстный!

Лея завизжала, и, будто девочка, бросилась в объятия человека, которого любила и почитала как отца. Которому, в бытность безоблачного детства, могла поплакаться в плечо, излить душу, доверить самое ценное и сокровенное. Единственного на Венере человека, заступившегося перед мамой, когда она приняла решение выйти замуж, и даже спрятавшего на время Сергея от её грозных глаз.

— Девочка моя! Принцесска моя!.. — Крестный прижал её к груди, куда она привычно уткнулась, собираясь разреветься. И разревелась бы, честное слово, каких-то пару месяцев назад разревелась!

Но сейчас не могла — уже почувствовала вкус статуса монарха, и тот незримо давил.

— Я уже три месяца как не принцесса, — грустно произнесла она. Он отеческим жестом потрепал её волосы.

— Для меня ты всегда останешься моей маленькой милой принцесской, кем бы ты ни была и сколько бы тебе ни было. Уж извини старика.