Телохранитель Ее Величества 3. Страна чудес [АТ]

— Мишель, отвали! — Она, наконец, пришла в себя и попыталась отпихнуть белобрысую ногой. Естественно, безрезультатно.

— Ах так, ваше высочество? Ну, сама напросилась! — воскликнула та, и через секунду Лея оказалась на полу. Холодном и очень некомфортном. На который приземлилась, мягко говоря, не мягко.

— Ты чего творишь? — включился, наконец, боевой режим, окончательно вышвыривая её в реальный мир — Ты вообще сдурела?! Мутант хренов!..

— Встать! — перебила её белобрысая командирским тоном. — Встать и подтянуться! Ты — инфанта, а не пьянь или шлюха с Пуэнте де Барко!

Подействовало. Рефлекс, вбитый в неё с подачи матери. Она — принцесса, и как бы весело ни проводила время, когда «труба зовёт», должна занимать своё место. И работать, невзирая на похмелье и гул в голове.

— Да, да… Хорошо… Так точно!.. Слушаюсь!..

Лея поднялась и села на кровать, обхватывая голову руками. Та раскалывалась, и это сказано слабо. Мир кружился, качался — алкоголь ещё не вышел из крови, а значит, ей предстоит весьма неприятная процедура, имя которой «детоксин».

— Что случилось? — потянула она, борясь с отдающим в голове набатом. Мишель усмехнулась.

— Ваша мама, ваше высочество, жаждет лицезреть вас в своих покоях два часа назад. И она весьма сердита, ибо по её приказу полчаса назад из нашего номера были вышвырнуты почти все гости, многие из которых с точки зрения ссоры с влиятельными семьями планеты не заслуживают подобного обращения.

В руке белобрысой появился серебристый запаянный шприц. Лея поёжилась.

— Что-то произошло из ряда вон, — усмехнулась Мишель, следящая за её взглядом. — Где-то что-то мы учудили, ибо Марселла сказала, королева орала.

— Орала?

Лея потрясла головой. Действительно, что-то случилось — мать никогда не повышала голос, тем более на охрану. Она давила, но давила интонацией и делала это умеючи — была мастер своего дела. Кричать, как базарная торговка, не позволяла себе никогда. В чём же дело?

Впрочем, белобрысая слишком маленький человек, вряд ли что-то знает.

— Сама-то как? — кивнула Лея подруге, глазами указав на шприц. — Уже отошла? Или кололась?

Та как раз вязала жгут, и с психу затянула его так, что Лея вскрикнула. Выдала сквозь зубы:

— Нет, не пришлось. К сожалению… — И с жаром продолжила монолог, который они с девчонками слышат почти после каждой пьянки:

— Слушай, Принцесска, объясни, на что мне эта модификация? Вас, пьянь такую, нянчить? Ведь чуть что — сразу крайняя Мишель! Ещё чуть что — и снова Мишель! И не хочет ведь никто понимать, что я такая же, как вы, просто трезвею быстрее! Все давят, требуют…

Из груди Леи вырвался тяжёлый вздох — дальше можно не слушать. К огорчению Мишель, она — мод, причём какой-то усовершенствованной модели. Не сама, как дочь своей матери, созданной в секретной лаборатории, то есть второе поколение, но это не важно. Мать её была браком, неудачным продуктом эксперимента, только поэтому её отпустили и позволили родить потомство, но и того, что вложили, белобрысой хватало с лихвой.