Сады и пустоши

— Деньги есть.

— Но банковская система в масштабах СНГ же не работает.

— Есть нал. Зачем тебе банковская система?

— Но я же чемодан не повезу.

— Тебе и не надо чемодан везти. Ты езжай и договорись, а деньги тебе привезут.

Я же честный, а ведь мог взять миллион на «раскрутку» — дали бы спокойно. Я согласился и поехал в Баку. Дали бумагу, что я — «полномочный представитель».

Приезжаю в Баку. Прихожу в Совмин. Там гражданской войны нет, всё цивилизовано, всё жирное, толстозадое. Прихожу к Аббасу Аббасову, который занимался нефтянкой, и говорю:

— Я приехал из Таджикистана как представитель Исламского коалиционного демократического правительства.

— Подожди, так ты же азербайджанец.

— Ну да.

— А какое отношение ты имеешь к Таджикистану?

— Я имею отношение, потому что являюсь одним из руководителей всесоюзной партии ИПВ. Я занят работой. Я советник вице-премьера.

— Ну, и что ты хотел?

— Нужно 100 тысяч тонн нефтепродуктов. Деньги есть.

— Да это вообще не вопрос. Только мы не знаем, что там есть какое-то исламское демократическое правительство. Мы думали, что там есть «Народный фронт» с Сангаком Сафаровым, и что это и есть правильное правительство.

— Да вы что, — возмутился я, — это же бандиты. Это Московия подняла и науськала, грушники всякие. Мы — правильные.

— Ух ты. Вот ничего даже близко не слышал. Но мы и так должны в Бишкек лететь с делегацией. Обязательно сядем там у вас, осмотримся. А вопрос про 100 тысяч тонн нефтепродуктов считайте решенным.

Вечером я звоню в Москву Гюле. И она говорит:

— Слушай, там вроде всех ваших свергли уже.

— Как это свергли?

— Ну так. По «Вестям» сказали, что вас свергли. Больше нет никакого исламодемократического правительства.

— Да ладно. Я только оттуда уехал, и там все нормально было.

— Ну не знаю. «Вести» так сказали.

У меня кошки заскребли на сердце. Утром прихожу как на работу в Совмин, к Аббасу Аббасову. И он мне говорит:

— С кем дело-то теперь иметь? Свергли вас.

— Это какая-то ерунда, чушь. Не может этого быть.

— Вот «вертушка», звони своему Давлату, выясняй в чем дело.

По этой «вертушке» я набираю номер, и там какой-то голос очень ернически, как какой-нибудь балтийский матрос, меня спрашивает:

— Чё надо? Это кто?

Я понял, что происходит что-то страшное. Ничего не было понятно, но чувствовалось, что всё неправильно. Я положил трубку.

Аббас Аббасов мне говорит:

— Вот когда решишь вопрос о том, кто там власть, тогда и приходи. Будет тебе 100 тысяч тонн, и больше будет. А пока нам ничего не понятно.

Оказалось, что спикер парламента244, сидевший, всеми забытый, в горах со своей группировкой, внезапно спустился с гор, атаковал и захватил Душанбе на три дня. Потом его выбили, и режим продолжался около месяца, пока не наступил полный крах.