Господин Фицек
- Автор: Гидаш Антал
- Серия: Господин Фицек #1
- Год: 1973
- Язык: русский
- Год: Художественная литература
- Переводчик: Агнесса Кун
- Жанр: Классическая проза
Электронная книга - «Господин Фицек». Краткое содержание книги:
Потом он проводил ее домой и стал по вечерам поджидать на улице Сонди, перед типографией «Паллас» или у часов Западного вокзала, на лестнице. Он приносил цветы и через неделю уже брал ее под руку при переходе улицы. Миновав поток экипажей, он нехотя отпускал ее руку. Правда, и она делала такое движение, как будто сейчас уже нет надобности в его помощи, уже нет трамваев и колясок, но, если бы Новак продолжал крепко держать ее под руку, она не сказала бы ни слова.
Потом те недели в типографии, когда она стояла у большой печатной машины, вкладывая в нее бумагу. Станок захватывал двадцатью зубьями хорошую, чистую бумагу — желтую, красную, синюю, и с другой стороны деревянная решетка аккуратно укладывала ее, даже поправляла, если лист ложился неровно. Терез стояла с маленькой костяной пластинкой в руке; она снимала верхний лист и вкладывала его в станок, а остальные части станка несли его дальше. Так она вкладывала, вкладывала, работала, как обычно, но за станком, за плакатами перед ней стоял Дюри, и она думала: «Люблю ли?! По-настоящему ли люблю?.. Ведь на всю жизнь… рядом с ним… Не знаю…»
И она стала невестой. Новак заявил, что после свадьбы он не позволит ей работать.
— Почему?
— Потому что я могу тебя содержать, и жена пусть будет дома, — гордо отвечал Новак.
Затем помолвка. Впервые видела она Новака пьяным. Он смеялся над всякой чепухой, громко смеялся, и поднимал ее на руки в воздух, и целовал при всех. Высоко держа ее, танцевал, задыхался, лоб его вспотел, волосы сбились, запах вина, чужой запах; не такой, как когда поцеловал впервые вечером в парке, и сердце у нее чуть не выскочило от испуга. Чего она тогда боялась? Темноты? Поцелуя? А если она дрожала от поцелуя, то почему так судорожно обняла шею Дюри?
Потом как-то раз, когда они долго гуляли в парке, в самых густых зарослях, кто-то вызывающе окликнул:
— Который час?
Новак спокойно вытащил часы и при свете спички взглянул на них.
— Половина двенадцатого.
Когда же незнакомец попытался схватить часы, Новак отступил в сторону, сунул часы в карман, одной рукой отодвинул Терез себе за спину: «Стань позади меня!» — другой рукой влепил человеку такую оплеуху, что тот повалился в кусты. Падая, незнакомец выругался и резко свистнул. Тут двое таких же молодчиков бросились к Новаку. Терез завизжала.
— Дюри!..
Но Дюри снова отодвинул ее за спину и даже в эту минуту погладил.
— Не бойся. Только все время оставайся за мной! — И тут он принялся за новоприбывших.
Первого так лягнул в живот, что он сразу растянулся, но остальные двое (тот, что сначала повалился в кусты, уже встал) набросились на него. У него не было времени защититься от нападения, все они рухнули на землю и там в полной темноте дубасили друг друга.
Но Терез даже в этом клубке узнала Дюри — и начала бить кулаком по носу одного из чужих, потом вцепилась ему в глаза. Дюри выиграл время, приподнялся и, стоя на коленях, своим тяжеловесным кулаком стал колотить нападающих. Рука его была в крови.
— Какой-то пырнул меня, — сказал Дюри сквозь зубы.
Потом они поторопились выйти на более людные и освещенные дорожки.
— Никогда не пугайся… Это хуже всего, — учил он Терез и поднял вверх окровавленную руку, чтобы прекратить кровотечение. — Испугаешься, ничего не сможешь сделать, только испортишь все.
…Перед свадьбой они поссорились из-за пустяков: почему вместе с ней шел по улице механик, когда Новак опоздал на свидание, и почему механик купил ей цветы?
— Он знает меня пять лет, мы вместе работаем… Что ж тут такого?
— Нет, тут что-то есть!
Новак, будто его кто схватил за горло, повернулся и оставил ее на улице одну, как раз перед заводом Тудор. Она хотела побежать за ним.
— Дурачок, ведь ты же не прав… — Но ей было стыдно, и она, плача, пошла домой.
Потом долго ждала, придет ли Новак. Рассказала матери, что случилось. Мать всплеснула руками.