Кая. Полукровка

Больничная палата медицинского отсека нашего училища – почти наверняка, но она явственно отличалась от той, в которой совсем недавно лежала Оле: вокруг громоздились жутковатого вида приспособления, намекающие то ли на пытку времён гонений на гладиров, то ли на лабораторию в корпусе инженеров-теоретиков.

Рядом с изголовьем моей койки покоились баночки с лекарствами. По очереди рассмотрев каждую из них я сделала вывод, что кто бы меня ни лечил, он сам не знает, от чего. Здесь были и мазь от укусов комаров, и настойка для пищеварения, и богатые витаминами травы, вернее, их эссенция, выжатая в крошечный флакончик. Это очень удобно: не нужно ничего пить, достаточно капнуть из пипетки на корень языка, и даже спящий проглотит.

– Лечители, чёрт бы вас, – выдавила я, не отыскав среди прочего ничего, что могло бы мне помочь прямо сейчас. – Эй, есть тут кто?

В ответ на мой зов из приёмной появился молодой человек, который так увлечённо читал книгу, что даже не оторвал от неё взгляда на протяжении всего пути к койке.

У него были тёмные растрёпанные волосы, очки и до боли знакомая манера читать.

До последнего не хотелось верить своим глазам. Уже несколько месяцев здесь учусь, живу, гуляю, знакомлюсь и общаюсь с людьми – но ни разу не увидела его даже издалека. Я не нашла его имени в списке учащихся, не встретила на улице или в столовой. Только письма – поначалу мне казалось, что именно он затеял с ними игру, но чем дальше, тем меньше я верила в эту версию. Но раз он здесь...

В памяти вспыхнули кем-то зачитанные строки: «Ты прекрасна даже когда спишь, и я точно знаю: сейчас ты тоже борешься.» Или это был сон?

Вошедший чуть не упал на меня, споткнувшись о табурет возле кровати. Книга полетела на пол, ударившись углом прямо возле моей руки, а парень с трудом остановил падение, схватившись одной рукой за изголовье, а другой – с боковой стороны койки. Его лицо было совсем близко. Он поднял чуть испуганное лицо, встретившись со мной глазами сквозь перекошенные очки – и последние сомнения испарились в этот самый момент.

– Привет, – выдохнула я, не придумав ничего остроумнее.

– Привет, – растерянно ответил он, пытаясь встать так, чтобы не коснуться меня. – Не знал, что это ты тут...

Неловкое молчание. Оторвав от меня взгляд, Майк кашлянул и поднял с пола книгу и деревянный планшет с прибитыми к нему бумагами. Он изучил несколько верхних страниц и задумчиво кивнул.

– Что пишут? – спросила я, устав от ожидания. Под рёбрами болело и жутко чесалась странная сыпь на руках.

– Пишут, что ты больна, а мне тебя лечить, – вздохнул Майк в ответ и присел на краешек кровати. – Как себя чувствуешь?

– Паршиво себя чувствую, – пробормотала я, терпеливо дожидаясь, когда он осмотрит белки моих глаз. – Почему мне до сих пор не принесли компрессы из горного даккоя? И масло солнечника?