Кая. Полукровка

Гарду стало страшно. Не столько от самого наличия странного прибора и не от мрачного лица врача, а просто из-за того, что он ничего не понимал. И, главное, не знал, чего ждать.

Он обхватил ладонью руку девушки и, чтобы не думать о происходящем, сосредоточился на её лице. Крупные круглые глаза... Длинные чёрные ресницы... Хельг говорил, в ней крови гладирской больше, чем в самом Гарде, но чёрные волосы среди них так редки. Да и глаза, уши, скулы! Всё, как у людей. Может ли это всё быть иллюзией? Да нет, она ведь не знает даже, что это такое...

Вдруг его руку словно сжало сразу со всех сторон. Сотни иголочек пронзили до самых костей.

– Идёт! – доктор Нака удовлетворённо потёр ладони друг об дружку. – Спасём мы твою девочку, не переживай. А вот что делать с остальными... Если тебе верить, нас ждёт целая эпидемия! Доноров на всех не напасёмся. Ох, батюшки, батюшки... Ладно, ребят, вы тут разбирайтесь, а я к королю. С этим нужно что-то делать. И чем быстрее – тем лучше.

Глаза Гарда слипались, а голова казалось невероятно тяжёлой. Время от времени он на минуту забывался, но как только ладонь, которой он держал Каю за руку, начинала расслабляться, он вздрагивал и выпрямлялся, словно не спал вовсе. Когда он последний раз лежал в нормальной кровати? Дня два назад? Даже дежурившие рядом академики вовсю зевали. Дело шло к ночи.

И тут Кая глубоко вдохнула, чуть сморщила носик, приоткрыла глаза, но тут же их закрыла, уронив голову на бок. Кожа её была бледной и чуть желтоватой, она казалась кремом для пирожного – мягкой, невесомой.

– Она очнулась, – взволнованно прошептал Гард, но оба врача уже подошли и начали быстрый осмотр.

Глаз Кая больше не открывала. Время от времени только отворачивалась от ловких рук медиков, и едва слышно стонала. Когда медики отошли от неё, о чём-то оживлённо перешёптываясь, она заговорила таким слабым голосом, словно он был спрятан глубоко внутри в тяжёлый металлический сейф. Сначала слов совсем было не разобрать, но постепенно Гард начал что-то понимать.

– ... он настоящий... зачем... плака... виновата... он выпил сам, я не знала... не знала... письмо...

Она схватила Гарда за руку внутри прибора и распахнула глаза:

– Письмо пришло?!

Он опешил и не сразу понял, о чем речь. Голова девушки вновь расслабилась, и только губы чуть шевелились:

– Где письмо... где письмо... Друг... он не пишет...

– Пишет, – ответил Гард твёрдо, и Кая, вздрогнув, замолчала. – Он пишет. Вот как раз пришло от него письмо. – И добавил шёпотом в сторону врачей: – дайте мне бумагу, быстро!

Один из медиков замешкался, но протянул Гарду чистый лист, который тут же на коленке был сложен в несколько раз.