Хочу сны. Игра уравнителей

Несколько секунд девушка только ошеломлённо моргала.

– На что это ты намекаешь? – спросила она.

– Не нужно притворства! – усмехаясь, сказал Гуру. – Ты ведь уже в курсе. Наш юный друг наверняка уже просветил тебя, – он вытащил из-за пояса свой ключ-клинок и продемонстрировал почерневший камень на рукоятке.

Затем он непривычно нервно засмеялся, видя Анин испуг, спрятал оружие и властно уселся на стул, словно на трон.

– Я ничего не знаю, – сглотнув, уверенно сказала Аня. – Причём здесь вообще Ньютон?

Гуру испытующе посмотрел на десницу, а затем глубоко сочувствующе вздохнул.

– Эх, Ньютон, Ньютон, – задумчиво протянул он. – Парень так сильно хотел выделиться и быть полезным Ордену, что сам же меня надоумил прийти к тебе. Дурачок. А ведь я был почти уверен, что он рано или поздно догадается и о бедняжке Хосе, и обо всём остальном… Но, видимо, я как обычно ошибался на его счёт. А вот ты – нет, – зубы Гуру обнажились в улыбке. – Ведь он так предан Ордену, что готов пожертвовать всем, что ему дорого, сам того не понимая. Но ты не злись на него, девочка, – он делано насупился. – Не надо. Он ведь всё-таки почувствовал неладное и пришёл предупредить тебя, хоть ты почему-то и пытаешься убедить меня в обратном, – в его глазах сверкнуло осуждение, но затем он вновь расплылся в акульем оскале. – Он пришёл, а ты, конечно, сделала так, чтобы он проснулся… Браво, браво, моя дорогая! Знаешь, откуда мне всё это известно? – Гуру слегка наклонился вперёд и заговорил с тихой нежностью. – Любовь это всегда провал: двое стремятся защитить друг друга, но жертвует собой по-настоящему только один.

– Ух ты, – сказала Аня. – Видишь, какой ты проницательный. А говоришь, что ничего не смыслишь в делах душевных. Ну, вот я одна, считай, в твоей власти, и дальше что? Хочешь узнать, как я приручаю хранителей?

Гуру с довольной улыбкой откинулся назад:

– Допустим.

– Никак. Я их просто не боюсь, вот и всё. Так что я понятия не имею, как помочь тебе наладить с ними контакт. Вот честно, – она наигранно положила ладонь к сердцу. – Ничем не могу помочь.

– Возможно, это тебе так кажется, Анечка, – Гуру вновь посерьёзнел. – Я же уверен, что причина твоих экстраординарных способностей таится глубоко в тебе. Так глубоко, что ты сама можешь о ней и не ведать…

– О, Гуру! – удручённо вскрикнула Аня в потолок и снова уставилась на наставника. – Какая ещё причина? Что ты там снова себе выдумал? Нет никакой причины. Есть просто страх, с которым иногда нужно мириться. Вот Ньютон, между прочим, это усвоил и хранители его теперь тоже почти не трогают.

– В самом деле?

– Спроси у него, если не веришь.

– Боюсь, с Ньютоном нам больше не придётся разговаривать, – задумчиво протянул Гуру. – Теперь только ты и я, как прежде.

– Как всегда, – раздражённо выпалила Аня и, пройдя к своему креслу в углу, завалилась в него. – Ну, и что это за «истинная причина» моей сверхсмелости? Если мне она неведома, так, может, ты просветишь?