Писец. История одного туриста

Спартакус таки одобрил задумку своего друга, и через пару-тройку недель в местном амфитеатре должны были состояться гладиаторские бои. Билеты были распроданы ещё за неделю до начала представления, хотя и стоили как годовой абонемент в местный бордель.

Крикс попросил меня разрисовать рекламные щиты, которые сколотили из досок добрые плотники. Я, как мог, нарисовал гладиатора, который перерезал горло другому гладиатору, а кровь, как и положено, текла рекой и разливалась в озеро. Я написал: «Самое кровавое представление от создателей либертарианского движения за свободу! Не пропустите!» Криксу мой плакат понравился.

– В целом – неплохо, – сказал он. – Но крови можно и побольше. Народ это любит.

В назначенный день в городе яблоку было негде упасть, да простит нас старина Ньютон.

На входе в театр возникла давка, и даже до смерти была задавлена пара-тройка несостоявшихся зрителей, так что Криксу пришлось самому руководить организацией запуска напористой толпы.

Но, несмотря на грамотное руководство темнокожего человека, все желающие не поместились в театре и пара сотен человек осталась снаружи. Но они ещё надеялись попасть в театр, когда места чудесным образом освободятся – если кто-нибудь помрёт от резкого наплыва впечатлений или отдаст концы под лучами палящего солнца.

Крикс посетовал на малые размеры амфитеатров в Риме и обещал построить после нашей победы по-настоящему большие площадки.

В самом театре Крикс, за небольшой процент, разрешил продажу цереса местным производителям этого полезного и вкусного напитка.

А я подкинул идею со ставками – Крикс был от неё в восторге.

Открывал игры сам Спартакус. Ему аплодировали, и встречали полководца как героя.

Спартакус поднял правую руку, и толпа тут же заткнулась.

Мы с Криксом и Корнелией сидели с ним в одной ложе, и я мог хорошо его слышать.

– Народ Рима! Под словом «народ» я имею в виду не только граждан. Каждый, кто живёт и работает на территории Рима, вправе причислять себя к римскому народу. Некоторые, наверное, скажут, что сейчас не время для развлечений – идёт война. Да, это так! Но война эта идёт за свободу! И за справедливость! А что такое свобода? Не знаете? А я вам скажу! Свобода – это возможности! Возможность выбора, возможность доброго заработка, возможность наплевать на классовые предрассудки и, конечно, возможность хорошо развлекаться!

Речь Спартакуса понравилась зрителям и они нескладным хором принялись скандировать «Спар-та-кус! Спар-та-кус!». И даже я присоединился к этому чудесному хору, потому что атмосфера общего праздника способствовала ощущению единства.

Потом выступил Крикс. Его речь была не такой блестящей, но понравилась народу не менее, чем речь Спартакуса. Он пообещал, что драться гладиаторы будут насмерть, и что оставшиеся в живых будут бить друг друга до тех пор, пока не останется лишь один победитель.

– И он получит свободу! – сказал Крикс. – Это достойный приз!

Толпа взревела от удовольствия.