Добрыня Никитич и Алеша Попович

Не похожа и былинная невеста на летописных. Последние более активны в отношении своей судьбы. Рогнеда сама отказывает Владимиру; за Анну решают ее братья, но им приходится уговаривать свою сестру, которая плачет и не желает ехать в Киев. У Опраксии никто ничего не спрашивает: король отказывает, не считаясь с ней, Дунай увозит ее, не интересуясь ее согласием.

Отличие письменных источников от былины выражено и в характере мотивировки отказа жениху: в летописи невеста и ее родные отказывают и оскорбляют отказом только Владимира, самого по себе, как определенную, отдельную личность. Анну и ее братьев не устраивает, что Владимир язычник. Они ставят ему условие креститься самому, не требуя замены религии в масштабах всей Руси (как это уже было при Ольге). Рогнеда противопоставляет Владимиру-робичичу Ярополка. Это противопоставление носит несомненно социальный характер. Тем не менее предпочтение одного князя другому, его брату, является свидетельством личных симпатий и антипатий Рогнеды, конфликт как бы остается в рамках одной семьи. В былине Владимир выступает не как частное лицо, а как самодержавный государь, женитьба которого — важное государственное дело, вопрос о взаимоотношении двух государств. Значительность этого сватовства только усугубляется тем, что оно осуществляется не самим князем, а его послами. Отказ Владимиру, оскорбления в его адрес, попытка заточить посла в тюрьму, бой богатырей со слугами короля носят характер конфликта между двумя государствами. Дунай и Добрыня не только добыли невесту князю Владимиру, но и отстояли честь государства, во главе которого стоит их господин.

Сравнение письменных рассказов о женитьбе Владимира с былиной приводит к выводу об отсутствии между ними прямой взаимосвязи. Источником летописных известий, вероятно, послужил действительный исторический факт, сохранившийся в народной памяти и дважды, в двух различных версиях, записанный летописцами. Существование таких преданий, обраставших по мере удаления от события фантастическими и гиперболическими деталями, является плодородной почвой для возникновения былины, но отождествлять такие предания с былиной нет никаких оснований.

Сопоставление былины с другими эпическими произведениями о сватовстве и летописью показало много общего между ними и коренные отличия в сюжете и ряде деталей, связанные, на наш взгляд, с тем, что былина о Дунае и Добрыне «моложе» и летописного рассказа, и сказок, и эпоса других народов. Вероятно былина о Дунае в том виде, как она дошла до нас, была создана в конце XV — начале XVI в. как песня о далеком прошлом. Рассказывая о событиях эпохи эпического князя Владимира, вобрав в себя старинные сказочные мотивы, былина вместе с тем отразила эпоху, в которую была создана: эпоху укрепления на Руси централизованного государства, усиление самодержавной власти, возвышение Москвы, ее постоянные войны с Литвой, которые, однако, не мешали русским князьям жениться на литовских княжнах и отдавать за литовских князей своих дочерей.