Я твоя тень [СИ]

После часа, проведённого в ресторане, меня сморило, и я готов был остаться на мягком диванчике пока не высплюсь и не почувствую себя полным сил бороться с жизненными трудностями. Однако ребята с какой-то ошалелой радостью покинули заведение — наверное, чтобы больше не буравить друг друга взглядами, полными взаимных претензий — и я отправился с ними. Разобравшись на маленькие группки, все двинули в разные стороны. Я остался со своими союзниками — Лайк и Россом. Несколько часов мы бродили по окраине Балтимора, а потом поймали такси и поехали в клуб.

Как это ни странно, но гримёрка в Балтиморском клубе была самая удобная и уютная из всех, в которых мне удалось побывать: большая, светлая и чистая, она скорее напоминала квартиру-студию, чем место, где переодеваются сотни артистов каждый год. Нас встретила приветливая девушка-менеджер клуба, провела маленькую экскурсию по зданию, а потом проводила в гримёрку. Её ничуть не смутило, что мы прибыли так рано. Видимо, не зря говорят, что родные стены помогают: дома и места милее и люди добрее. Эффект от клуба окончательно успокоил меня.

— Ты, наверное, в этом клубе раз сто бывал, — сказал Росс.

Пока остальных ребят не было, мы заняли лучшие места и разбросали свои вещи на всех горизонтальных поверхностях за исключением пола. Лайк прыжками измеряла внушительное пространство от одной стены до другой, Росс бродил вдоль стен так, чтобы не помешать девушке выполнять акробатические трюки, а я полулежал на диване и изучал лепнину на потолке.

— Немного меньше, чем сто, — уклончиво ответил я, чтобы не признаваться, что я не только в этом, но и в любом другой клубе Балтимора никогда не был. И не только Балтимора.

— Здорово, — обрадовался Росс, — родные стены, значит. Кстати, заметил, сцена-то тут маленькая, как бы нам ещё всем поместиться.

— А, по-моему, нормальная сцена, — сказала Лайк, ненадолго прекратив свои упражнения. — Ну, если не делать на ней пируэты и арабески, — на этих словах она снова разбежалась и сделала почти полный шпагат в полёте. По приземлению она влетела в стену. — Может, тут раньше две комнаты были, а сделали одну?

— Ага, или сократили за счёт гримёрки сцену, — пошутил Росс.

Я взглянул на часы — до концерта было ещё больше двух часов, но я всё равно нехотя оторвал своё тело от дивана и, подобрав сумку со своей концертной косметикой, пересел к зеркалу.

— Помочь? — поинтересовалась Лайк.

Обычно я справлялся с гримом сам, а Лайк и Мона лишь оценивали итоговый вариант и исправляли недочёты. Поэтому я задумался, отчего такое внимание к моей персоне? Неужели всё дело в том, что я наговорил про родителей и про город?