Сын Сэма. История самого опасного серийного убийцы Америки [litres]

Когда утром Дэвид вернулся домой, ему открыл дверь мрачный отец. Он ничего не сказал по поводу его побега, а просто приказал умыться и через пять минут быть в машине.

– А как же школа? – оторопел он.

– Ты не пойдешь сегодня в школу. Мы поедем к маме.

Нат привез Дэвида в больницу, где сейчас лежала Перл. Несколько месяцев назад ей диагностировали неоперабельный рак груди. Женщине назначили лечение, которое только выматывало ее и постепенно убивало. Когда Дэвид увидел мать, от женщины, казалось, осталась только тень человека. Подросток в нерешительности замер в дверях, когда его привели в палату, но женщина нашла в себе силы заулыбаться.

– Ну что ты стоишь в дверях, заходи, расскажи о школе, – через силу сказала женщина. Было видно, что ее не сильно заботят школьные дела Дэвида, да и присутствие сына отнимало у нее слишком много сил, чтобы она могла искренне порадоваться его приходу. Дэвид чувствовал эту натянутую, как струна, неловкость, поэтому постарался побыстрее попрощаться с Перл.

Спустя несколько дней приемная мать Дэвида умерла. Подросток плохо понимал, что вокруг происходит, а все старались с ним не разговаривать, боясь нанести ему травму. В их доме почему-то денно и нощно стали дежурить знакомые матери по еврейской общине. Все вокруг что-то делали и суетились, а отец почему-то целыми днями сидел в спальне и смотрел в окно. Он даже закрыл магазин, который продолжал работать даже во время массовых беспорядков. Придя домой, черный от горя отец попросил Дэвида собрать свои вещи на неделю. Дэвид предпочел не задавать лишних вопросов и просто отправился к себе в комнату.

Вечером они с Натом приехали в небольшой мотель на окраине Бронкса, где Нат арендовал номер на неделю вперед. Традиции предписывали ему хранить молчание и горевать, а Перл всегда чтила традиции. Эта скорбь казалась сейчас важной частью прощения и прощания. Отец подростка целыми днями сидел у окна, предоставив Дэвиду полную свободу действий. Не нужно было ходить в школу, воевать за время «комендантского часа» или скандалить по поводу очередного приятеля, который не нравится Перл. Дэвид оказался предоставлен сам себе и в то же время заперт в коробке гостиничного номера в компании с бесконечной скорбью и одиночеством Ната.