Человек-комбини

— Как? Во время работы?!

Не брать с собой в зал мобильник — одно из важнейших правил. Ради чего нарушать такое простое правило, я и правда понять не могу.

— Ну, я ведь проверяю все видео, записанные, когда меня нет, вы же знаете? А Сираха новенький, вот я и решил понаблюдать, какой из него работник. В целом вроде справляется, но по мелочам так схалтурить и норовит.

— Простите, что не заметила…

— Ну, Фурукура-сан, вам ли извиняться! В последнее время вы отлично приветствуете клиентов. Недавно увидел вас на экране, так прямо восхитился! Столько лет без отгулов, не покладая рук…

Значит, Восьмой директор, даже когда его нет, всё-таки видит, как предана я нашему комбини?

— Большое спасибо! — энергично кричу я в поклоне, и тут в подсобку заходит Сираха.

— Э-э-э… Доброе утро, — мямлит он еле слышно. Он настолько худ, что без подтяжек, проступающих из-под белой рубашки, с него бы точно спадали штаны. Руки такие тощие, будто кожа на них липнет сразу к костям. Как, интересно, в таком узеньком теле располагаются внутренние органы?

— Сираха-сан, опять опаздываете? Без пяти девять вы должны стоять в униформе на линейке! И уж извольте здороваться как положено! Открыли дверь в офис — приветствуйте бодро и громко! Да, и ещё… Сотовым телефоном разрешено пользоваться только на перерывах! А вы таскаете его с собой на кассу, не так ли? Я всё вижу!

— А… Э-э… Извините… — Сираха явно смущён. — Вы… о вчерашнем? Это Фурукура-сан рассказала?

Он и правда думает, что я на него доношу?

— Нет! — говорю я, качая головой.

— Камеры, камеры! — кричит директор. — В ночную смену я просматриваю всё, что случилось за день. Может я не объяснял специально для вас, что в зал телефон проносить нельзя, но впредь учтите: это запрещено!

— Вот как… Э-э… Я не знал… Прошу прощения.

— Вот теперь знайте, и чтоб больше такого не было… Ах да, Идзуми-сан! Вы не могли бы пройти со мной в зал? Нужно собрать стеллажи с летними подарками. В этом году всё должно быть как можно ярче.

— Хай… А образцы подарков уже привезли? Конечно, я помогу.

— Хочу всё успеть за сегодня сам, но у каждой полки придётся менять высоту. А понизу думаю разложить летние аксессуары, так что ещё одну полку придётся добавить… Фурукура-сан, Сираха-сан! Проводите линейку самостоятельно. А мы скоро вернёмся.

— Ха-ай!

Как только директор с Идзуми-сан выходят, Сираха цокает языком. Я оборачиваюсь — и вижу, как он произносит, будто выплёвывая слова:

— Смотри-ка… Всего лишь директор круглосуточной лавочки, а сколько пафоса!

Когда работаешь в комбини, постепенно привыкаешь к тому, что люди часто смотрят на тебя сверху вниз. Лично меня это очень забавляет, и я даже люблю разглядывать в эти моменты их лица.

«Вот ты какой, Человек…» — думаю я тогда.

Среди подобных особей встречаются и те, кто сам работает точно так же — и при этом считает свой труд унизительным. Я невольно заглядываю Сирахе в лицо.

У того, кто судит о чём-нибудь свысока, особенно интересно меняется выражение глаз. Иногда они загораются боязнью того, что их хозяину начнут возражать, а то и готовностью принять вызов и атаковать самому. Если же человек презирает что-либо неосознанно, его белки заливает смесь экстаза и собственного превосходства, а зрачки словно подёргивает пеленой.