Райский сад первой любви

Наступала осень. Губительная для людей пора. Ли Гохуа четыре дня жил на юге, три дня в Тайбэе. Однажды он с несколькими своими коллегами-«единомышленниками» отправился в Маокун[25] выпить. В горах народу мало, так что можно всласть поболтать. Учитель английского заявил: «На месте Чэнь Шуйбяня[26] я бы после ухода с поста пошел советником в банковский консорциум. А прямо на посту хапать и хапать довольно тупо». Учитель математики сказал: «Где ж ты хапнешь мыс на семьсот миллионов[27], но Чэня за одну только доктрину “один Китай, один Тайвань”[28] стоило бы упечь за решетку на сорок лет». Учитель английского поддакнул: «Никакой политической порядочности. Когда на пост заступал, то четырежды обещал, что “не будет”[29], в итоге эти четыре “не буду” превратились в четыре “хочу”. Хочу того, хочу этого. Но больше всего не хотел расстраивать Старшего брата». Учитель физики заметил: «Судя по тому, что пишут в газетах, многие интеллигенты поддерживают идею независимости Тайваня». Учитель Ли возразил: «Это потому, что интеллигентам не хватает здравого смысла». Все четверо посмеялись, поскольку у них-то здравого смысла в избытке. Учитель английского продолжил: «Теперь, когда по телеку показывают А-Бяня[30], я сразу переключаю, кроме тех случаев, когда рядом маячит Чэнь Миньсюнь[31]». Учитель Ли улыбнулся: «Ты что, по таким взрослым тетенькам? Мне она не нравится, слишком уж на мою жену похожа». Красивая подача. Успешная смена темы. Разговор сместился в центр их интересов.

Учитель английского спросил физика: «Как там эта твоя будущая звездулька? Сколько лет вы уже вместе? Ну ты даешь, так долго с одной мутить, почти то же самое, что домой к жене возвращаться». Остальные двое учителей рассмеялись, а учитель физики улыбнулся с безграничной теплотой и сказал таким тоном, словно рассказывал о родной дочери: «Она говорит, что петь тяжело. Сейчас моделью заделалась». По телику покажут? Физик снял очки и стер пот с крыльев носа, он смотрел с недоумением и словно бы смутился, а потом ответил, что она уже снималась в одной рекламе. Трое коллег даже зааплодировали, похвалив физика за смелость. Учитель Ли спросил: «А не боишься, что на нее кто-то еще позарится?» Учитель физики протирал очки, казалось, целую вечность и не отвечал. Тут слово взял математик: «Я переспал уже с тремя командирами, еще одна – и будет каре!» Они подняли тост. Выпьем же за тюремную трапезу для А-Бяня с его семьюстами миллионами! Выпьем же за сторонников независимости Тайваня, у которых есть знания, но не хватает здравого смысла! За всех девочек, которые на уроках гигиенического воспитания прилежно строчат конспекты, но не имеют даже элементарных познаний в области секса. За колоссальную свободу, которую они втиснули во вступительные экзамены.