Дорога домой [litres][Journey Home]

Он выбрал бревно рядом с теми двумя, парнем и девушкой. Теперь он уже понял, что они точно пара: рука парня лежала на колене девушки. Очень хорошо – значит, на него они, скорее всего, и внимания не обратят.

У девушки были тёмные густые кудри, стянутые на затылке цветастым шарфиком. Когда Питер сел, она ему улыбнулась.

Парень с ней рядом чуть наклонился вперёд – Питер успел разглядеть, что у него чисто выбритая голова и на шее татуировка, – приветственно покачал ладонью и стал опять смотреть в костёр.

Девушка протянула Питеру коротенький прутик, который она вертела в руках, и пакет с маршмеллоу.

– Это нам подарили, – сказала она. – Люди такие щедрые, так благодарят нас за то, что мы возвращаем им воду! Везде, куда бы мы ни пришли. В последнем городке одна бабулечка прямо заставила нас с Сэмюэлом взять этот пакет: вот вам, говорит, раз вы всё у костра да у костра.

Парень, Сэмюэл, отклонился на этот раз назад, чтобы лучше видеть Питера.

– Мы с Джейд – передовая разведгруппа, – объяснил он. – А та бабуля нам рассказала, что её внук, когда был на войне, ужасно скучал по этим зефиркам.

– Чего нам только не приносят! – добавила Джейд. – И украшения, и разные вещи близких – тех, кто погиб на войне. Но мы, конечно, можем брать только продукты.

Какой-то мужчина стал рассказывать, как ему пытались подарить лошадь. Потом женщина по ту сторону от костра вспомнила, как опоссумы забрались в продуктовую палатку, и вся компания развеселилась. Мысли Питера блуждали, он рассеянно смотрел, как его зефирная подушечка покрывается золотыми пузырьками. Когда она поджарилась идеально – хрустящая корочка, сладкая тянучая серединка, – откусил уголок. И снова подумал: да, ему нравится его будущее. Вот так нормально, так он готов жить.

Но потом девушка, Джейд, всё испортила.

– А на прошлой неделе нам встретилась семья лис.

Питер окаменел.

– Родители и три лисёнка, – продолжила она. – Обалдеть какие милые!

Питер вытер руки о джинсы и отложил прутик с надкушенным маршмеллоу на соседний камень.

– Как они выглядели? В смысле родители. – Голос его дрожал, но Питер надеялся, что никто не заметит.

– Как выглядели? – удивился Сэмюэл, слизывая с пальцев расплавленный зефир. – А они разве не все выглядят одинаково?

– Да, конечно. – Питер подтянул колени к груди и обхватил их обеими руками. Зря он спросил.

– Ну что ты, Сэмюэл, – сказала девушка и повернулась к Питеру. – Мы были от них далеко, на той стороне водохранилища, смотрели в бинокль. Но кое-что мне запомнилось. У одного из взрослых странный хвост. Не пушистый, лисий, а такой… голый, как хлыст. Будто с него содрали мех.

Сердце Питера забилось сильнее. Когда он в последний раз видел Пакса, с ним была лиса – с острой мордой и в ярко-медной шубке, но хвост у неё был обгорелый.

– А второй взрослый? – Он изо всех сил старался приглушить нетерпение в голосе. – Не запомнили его?

– Прости, – сказала Джейд, и это прозвучало так, будто она и правда просит у него прощения. – Я смотрела только на лисят. Они явно никогда раньше не видели воды, и я ещё подумала: интересно, как это – первый раз в жизни трогать воду? – Она перевела взгляд на водохранилище, мерцавшее в свете звёзд. – Вода – это чудо, правда?