Квартирный вопрос [СИ]

— Не преувеличивай, пожалуйста.

— Конечно! — фыркнула Сонька. — Богатый человек. Квартиру, машину, дачу оставит жене и сыну, себе оставит галерею, которая приносит баснословный доход, а тебе купит особняк на Рублёвке.

— Не нужен мне особняк.

Сонька приуныла.

— Жень, ты на самом деле за него замуж хочешь?

— Я люблю его.

— За что?

— Что значит, за что? — растерялась я.

— А то и значит. За что ты его любишь?

— Как можно знать за что?

— Очень даже можно, — уверенно заявила Сонька. — Я вот Борю люблю… — Она задумалась и принялась загибать пальцы. — За то, что он мужественный, умный, интересный, сексуальный…

— Да, и верный, — подсказала я.

Сонька скривилась.

— Не греши на родного дядю. Как тебе не стыдно?

Я только отмахнулась.

— Ладно, Сонь. Что ты мне доказать пытаешься? Что Димка за моим приданным охотится? Можно подумать я наследница царской семьи. А то, что он о будущем думает, о нашем с ним будущем, это не так уж и плохо.

— Не думал, не думал, а тут резко задумал!

— Ну и что!

— Какая ты упрямая, — разозлилась Сонька. — С тобой разговаривать невозможно!

— А ты не разговаривай, — посоветовала я.

— И ты на самом деле хочешь поехать в Москву?

— Нет, не хочу! — Я сбавила тон. — Я думаю об этом. А по поводу твоих беспокойств… С чего ты взяла, что дядя ему денег даст?

— Если ты с ним поедешь? — Сонька вздохнула. — Даст.

Эти слова меня почему-то сильнее всего задели. Да ещё Димка под вечер явился с бутылкой вина и шикарным букетом роз, как я поняла, опять руки просить, теперь уже у меня. Сюрприза у него не получилось, за что опять досталось Соньке и оставалось только радоваться, что подружка этого слышать не может. А я вместо того, чтобы броситься Димке на шею после того, как он меня осчастливил, села на диван, рассматривала цветы, которые по-прежнему держала в руках.

— А как же сын?

Димкина улыбка поблекла.

— Ева, мне казалось, что мы уже объяснились.

— Ты всегда говорил, что ты хочешь быть рядом с ним, видеть, как он растёт. Что для тебя это важно. А теперь ты хочешь уехать, и всё остальное стало не важно?

— Не говори так, — попросил он подозрительно спокойно. Букет у меня отобрал и присел рядом. — Думаешь, я зря это всё затеял?

— Не знаю, Дим.

— Я просто хочу, чтобы ты была счастлива.

— Только я? Боюсь, у меня не получится.

— Но почему? Зачем всегда думать о других? О себе хоть раз подумай. Вспомни, как ты мечтала о персональных выставках, хотела, чтобы люди смотрели на твои картины и улыбались. Хотела донести до них свои чувства. Я тоже этого хочу.

— А твоя жена?

— А моя жена останется здесь. И поверь мне, несчастной она не будет. Я уже говорил с ней… Я ей всё оставляю. Будем начинать сначала, с тобой вместе. — Калинин залихватски улыбнулся. — Трудно, конечно, будет, но где наша не пропадала? — Он подал мне руку и посмотрел с ожиданием.