Азенкур: Генрих V и битва которая прославила Англию

Все, у кого были пленники, были обязаны заключить с королем договор, чтобы выплатить ему его часть выкупа. Это могло обойтись недешево. Например, один из приближенных короля, сэр Генри Хус, должен был отчитаться за девять пленников из Босе, Э, Виме, Боженси и Аббевиля, находившихся в его владении. 16 января 1416 года он согласился заплатить 200 марок казначею короля в Кале к середине лета, давшему ему пять месяцев на то, чтобы собрать эту сумму с семей своих пленников или собрать ее другим способом. Другой королевский казначей, Уильям Трусселл, эсквайр, захватил девять пленных при Азенкуре, стоимость выкупа за которых варьировалась от 6 фунтов 13 шиллингов 4 пенсов до 7 фунтов 6 шиллингов 8 пенсов: по залогу он должен был выплатить королю 40 фунтов.[657]

Хотя и Хьюз, и Трусселл могли рассчитывать получить вдвое больше, чем король, за свою личную долю выкупа, это все равно были относительно небольшие суммы по сравнению с теми, которые другие получали за своих пленников. В пачке из сорока девяти долговых обязательств, сохранившихся среди записей казначейства, перечислены отдельные выкупы на сумму 48 фунтов 6 шиллингов 8 пенсов, 55 фунтов 11 шиллингов 4 пенсов и даже 163 фунтов 6 шиллингов 8 пенсов (последняя сумма сегодня составляет почти $108 868). Однако и эти цифры меркнут по сравнению с феноменальными суммами, назначенными за знатных принцев, попавших в плен при Азенкуре. Такие люди принадлежали королю по праву, и он не был обязан выплачивать компенсацию их пленителям. Тем не менее, он явно это сделал, поскольку сэр Джон Грей из Рутина, который согласился служить в относительно скромном отряде из пятнадцати латников и сорока пяти пеших лучников, оказался богаче на 1000 марок (444 360 долларов) после того, как захватил Карла, графа д'Э, и продал его королю.[658] Это была не просто финансовая спекуляция со стороны короля, поскольку он не собирался выкупать графа: как и герцоги Бурбонский и Орлеанский, маршал Бусико, Артур, граф Ришмон, и Рауль де Гокур, он был более ценен как пленник.

16 ноября, через пять дней после того, как де Гокур и его товарищи по защите Арфлера сдались в Кале, король и его пленники, включая принцев, захваченных при Азенкуре, сели на корабль и отплыли в Англию.[659] Возвращение домой было более тихим и скромным событием, чем первоначальное отплытие. Большой флот, доставивший англичан во Францию, был распущен много недель назад, и, хотя король взял на себя обязательство оплатить обратный переезд, у него больше не было средств, чтобы сразу забрать с собой свою армию. Вместо этого ветеранам кампании пришлось самим искать дорогу через Ла-Манш. Каждому человеку полагалось два шиллинга на проезд, а также еще два шиллинга на каждую лошадь, и капитанам отрядов оставалось только договариваться с судовладельцами, посещающими порт.