Революция 1917 года глазами современников. Том 2 (Июнь-сентябрь) [FineReader 14]

Что у большевиков речь идет теперь именно о захвате власти одним только пролетариатом - это ясно вытекает еще и из следующего весьма определенного заявления Н. Ленина: «Власть у пролетариата, поддержка его беднейшим крестьянством или полупролетариями - вот единственный исход». («К лозунгам», стр. 14.) Единственным вершителем политических судеб страны должен, таким образом, по новейшему плану Н. Ленина, стать сравнительно малочисленный пролетариат, который, в лучшем случае, может рассчитывать только на «поддержку» со стороны «беднейшего крестьянства». Тут, мы, таким образом, имеем дело с определенным стремлением к установлению диктатуры меньшинства населения, что логически ведет за собой диктатуру той политической партии, которая руководит этим меньшинством. Осуществление же такой диктатуры, естественно, предполагает не децентрализацию и распыление государственной власти, - что явилось бы неизбежным следствием перехода власти к Советам, - а, наоборот, означает захват центральной власти определенной политической партией и дальнейшую централизацию и усиление государственной власти. Ибо только при осуществлении самой беспощадной диктатуры меньшинство может надеяться сверху вниз навязать свои, хотя бы и самые передовые, стремления большинству, еще не доросшему до них.

Отсюда, казалось бы, вытекает неизбежность полного отказа большевиков не только от нынешних Советов, но и от самого принципа политической организации большинства народа, его трудящихся масс, в форме Советов. И неожиданным является поэтому следующее заявление Н. Ленина: «Советы могут и должны будут появиться в этой новой революции... Что мы и тогда будем за построение всего государства по типу Советов, это так (курсив мой. - М.Р.). Это не вопрос о Советах вообще, а вопрос о борьбе с данной контрреволюцией и с предательством данных Советов».

В этой нерешительности, в нежелании лидера большевиков порвать с «построением государства по типу Советов» мы видим следствие благотворного влияния нашей великой революционной эпохи, полуприоткрывшей глаза самым закоренелым централистам-якобинцам и не допускающей их к окончательному повороту в сторону своих прежних взглядов. Н. Ленин уже, по-видимому, отравлен ядом сомнений в спасительности чисто-якобинских методов революции сверху вниз и сознает необходимость опоры в широкой творческой организации народных масс. Эта-то двойственность его психики, заменившая бланкистскую цельность прежних времен, заставляет Н. Ленина и теперь, после категорического отказа от лозунга перехода власти к Советам, заявлять о своей приверженности к самому принципу советской организации. Но тут перед нами налицо безвыходное противоречие, ибо диктатура меньшинства неизбежно исключает «построение государства по типу Советов» и предполагает, наоборот, крайнюю централизацию государственного аппарат.