Отныне и в Вечность

История, случившаяся на свадьбе, чем дальше, тем больше обрастала самыми фантастическими подробностями и – как подозревал сам Стратег – не без Динки-чертовки деятельного участия. Во всяком случае, насколько он знал, виновница торжества у себя на Фабрике Звезд стала вдруг самой популярной курсисткой и прославилась черт знает как. У парней от одного ее вида балдело в глазах. Курсистки зависть скрывать даже и не пытались. Вокруг засуетилась всяческая продюсерская шушера с весьма заманчивыми предложениями, причем отнюдь не насчет постели – "вы знаете, кто ее приходует?.. кто ей кровь пустил в день свадьбы на супружескую белоснежную простынку и трахнул?.. вот и не суетитесь, целей будете!". В "Прекрасной Мане" предлагались ей уже вполне приличные роли, режиссеры эпизодов землю рыли копытами. А она еще и кочевряжилась, выбирала, на него, Стратега, смотрела глазами невинными до полной голубизны – что, мол, поделаешь, я тут ни при чем, в шоу-бизнесе свои законы, дорогой…

Отнюдьнет, меж тем, заглядывал шефу через плечо, привизгивал, постанывал, спокойно ему не стоялось, стервецу, аж ноженьками сучил от нетерпения.

– Ладно, показывай, что ты такое там откопал? А то, гляжу, извелся весь, даже рожа вон заострилась.

– Я уговорил доктора Сальма позволить мне прокачать все, что нарыл о Темной в сети и в эфире, через вычислительные комплексы Научного Центра. Смотри, шеф, что получается.

– И как же тебе это удалось? – удивился Стратег.

– Ну, как, – бездарно скромничал Отнюдьнет, – попалась мне парочка посланий с очень интересным именем у адресата – расшифровывается как Дух. А-абсолютно невинная болтовня, но! Нюхом чую – что-то не то. Во-первых, размер файлов – это что-то, каким идиотом надо быть, чтобы за передачу подобной… э… фигни платить сумасшедшие деньжищи? Но это еще куда ни шло, мало ли на свете богатеньких идиотов? Но язык, шеф, язык – вот это, как раз и есть, которое – во-вторых. Потрясающий язык, шеф! Мало того, что он, как Лизон говорит, изысканно-рафинированный и вообще. Да кто ж поверит, чтобы таким языком изъяснялись богатенькие гламуры? Они и слов таких не знают. А главное – чувствую я, что есть в этих посланиях некая, как бы сказать, подлянка. Повозился я с этими текстами, покопался, и преобразовались они у меня…