Хранитель подземелий. Возрождение Хранителя

Ганрайцы в этот день дома не сидели. Повсюду горели фонари, факелы, масляные лампы, освещая неисчислимые вывески и плакаты. Пекари, мясники, игрушечных дел мастера, пивовары, бортники, чьи соты ломились от меда, ловцы крабов и мидий, менестрели, торгующие заморскими музыкальными инструментами – все зазывали людей попробовать свои товары. Вокруг было не протолкнуться – группы парней и девушек ходили и, шутя друг с другом, выбирали товары на свой вкус. Молодые семьи тоже искали среди явств и предметов роскоши, чем порадовать чад. Пожилые же старались держаться особняком, прогулочным шагом пересекая наводненную улицу и плавно покачивая головой с философским одобрением, дескать, да, все так, как и должно быть, жизнь вертит свое колесо.

– Кажется, у Сенретты еще открыто! – сказал Шибуи, – поспешим же.

Они направились в сторону фонарей из красной бумаги, внутри которых горели свечи. За фонарями отражали блики огня лакированная вывеска – «Лапшичная дяди Крола. Пересеки море бульона и покори горы лапши, если ты достоин». В том, что они достойны, парни не сомневались с самого первого дня их визита в это место. Скромное заведение состояло из маленького помещения – склада, где хранилась мука, и небольшой кухни, где замешивалось тесто и готовилось заботливой рукой юных кухарок под надзором опытного старика Крола. Перед самой же кухней стоял небольшой ряд стульев, половину которого заняли парни сразу же, как вошли.

– Какие люди! – всплеснула руками девчонка, помешивавшая что-то в здоровенной кастрюле, – давно вас не было, мальчики, даже стены этого заведения успели по вам соскучиться.

– Нам тоже не хватало этого места, – сказал Глоддрик, – тебя – еще больше, Арикса.

– Умеешь ты засмущать, – игриво убрала она прядь волос за ухо, и подобралась к младшему брату своего собеседника, – Реви! Ну и ну, как ты вымахал! – девушка провела рукой от груди Ревиана до его макушки, – Как поживаешь? Уже соскучился по своей любимой вермишели в бульоне?

Мальчик рассмеялся и, улыбнувшись, сказал:

– Иначе и быть не может! Рад тебя видеть, Арикса.

Арикса была худенькой девчушкой лет девятнадцати. Росту была она небольшого, и красавицей отнюдь не была – портил все орлиный нос с выдающейся горбинкой, широкое, почти квадратное, лицо и тонкие, плотно сжатые губы, что делало ее облик излишне жестким для молодой девушки. Свои темные волосы стричь ровно она никогда не умела, но ее это не смущало, Арикса довольствовалась тем, что завязывала их в тугой узел, чтобы не мешали работе. А белый платок, обвязывающий ее голову, вместе с всегда заляпанным чем-то фартуком на поясе, стали постоянной ее атрибутикой. Манеры ее были простоваты, но Стражи и Ревиан знали, что дружбу она ценит лучше многих. Девушка всегда давала им добавки без дополнительной платы, а если парням нечем было расплатиться, то за выручку выкладывала часть своего заработка – старый Крол тщательно следил за посещением и доходами, и при малейшем несоответствии выгонял любую повариху или счетоводку за, по его подозрению, казнакрадство. В особой милости кухарки был Ревиан, которому она всегда давала в дорогу то леденец, то пряник. Вскоре перед Стражами стояли миски с дымящейся лапшой, посыпанной острым перцем, которую они принялись уминать за обе щеки. Вскоре с улицы вернулась Сенретта – дочь старого Крола. Рыжеволосая и веснушчатая, она коротко стригла свои вьющиеся волосы, создавая несколько сдержанный, но в то же время элегантный образ. Лет ей было около двадцати пяти, но выглядела она, скорее, на восемнадцать. Парни радостно приветствовали дочь хозяина, затем завязался привычный разговор.