Телохранитель Ее Величества 1. Точка невозврата [АТ]

Я вновь покачал головой. Никогда не думал, что развести Паулу на подобную дискуссию будет так легко. Однако, она права, это действительно, это меня не касается.

— Во всяком случае, добавила она уже тише, — Катарина говорит, что я перебесюсь и успокоюсь. Надеюсь, такой аргумент тебя устроит?

Устроит? Да меня это не слишком и напрягает! Почти. Просто иногда просыпаются то ли отеческие чувства, вместе с желанием объяснить, наставить на путь истинный, то ли собственнические, с тем же результатом. Хочется объяснить ей, какие сеньориты нравятся мужчинам для одного, какие для другого, и что мужчины никогда этих сеньорит в один коктейль не смешивают. Либо «жена», либо «шлюха».

Но нет — так нет. Её жизнь, её грабли.

Посвящение Паула прошла лишь в этом году, весной, для неё посвящение и присяга совпали. В отличие от «малышни», проходящей Полигон коллективно, её послали на индивидуальное задание, с которого она могла не вернуться — в частности, подготовить штурм дома-крепости какого-то криминального барона далеко в провинции, внедрившись в персонал. Она выполнила задание влегкую, но по её словам, малейший срыв — и живой бы она из того дома не вышла. Примерно то же самое будет ждать и меня — индивидуальное сложное задание, где придется проявить чудеса всех способностей, а не только физических, как «малышне».

Да, Паула не приютская, вы правильно поняли. Она попала сюда в шестнадцатилетнем возрасте, и как меня, её прикомандировали к «чертовой дюжине», заставив девчонок дрессировать ее, делать из неё человека. Подробности того, как она в корпусе оказалась, я пока еще не слышал, но, возможно, ближе всех мы с нею сошлись именно поэтому — из-за схожести попадания.

По словам девчонок, самое трудное с Паулой было укротить ее, выбить из головы аристократическую дурь. Несмотря на то, что она бастард, от неё разило такими замашками, что хоть вешайся. Она лётала, как не лётает «малышня»; её били, наказывали, загружали работой. И додавили — великосветские понты из неё вышли. Но на это потребовалось несколько лет.

Со мною же, по их словам, легче, я не кручу пальцы веером. Я простой, и девчонок это обрадовало. Потому, что они не представляли, как будут бить меня, им очень не хотелось делать этого. Ну что ж, хоть в чем-то есть плюсы происхождения!

Еще о Пауле. После посвящения она стала ангелом, её начали выпускать в город. И тут, по словам остальных девчонок, понеслось. Она коллекционировала мальчиков пачками, в таком количестве, что даже им, как бы не обремененным излишней моралью в этом отношении, стало дурно. Это закономерно, в них за годы изоляции глубоко засел страх общения с сильным полом, которого никогда не было у Паулы, но закономерно не значит хорошо. Даже у меня вяли уши, когда я несколько раз, засыпая, вынужденно слушал её россказни и хвастовство о приключениях в «увале».

— Расскажи о себе, — вздохнул я и прогнал невеселые мысли. — Кто ты. Как оказалась здесь. Почему. Я думаю, это интереснеё, чем читать тебе мораль. Нам давно пора познакомиться поближе, перейти на следующий уровень доверия. Не считаешь?