Мой друг Адольф, мой враг Гитлер [litres]

Мой отец устроил мое поступление в Гарвард, его альма-матер. Мое обучение там, скажем так, было разнообразным и неполным. В мой двадцатый день рождения, 3 февраля 1941 года, я вступил в ряды Военно-воздушных сил армии США. Но это уже моя история, которая касается истории в этой книге только потому, что мой призыв, широко освещенный в прессе, подверг опасности моего отца в лагерях для интернированных, где вовсю заправляли нацисты, считавшие его предателем.

Потом Джон Франклин Картер, одно из доверенных лиц Франклина Делано Рузвельта, устроил перевод моего отца из британского тюремного заключения в Канаде в заключение в США. (Я называю это первым и, возможно, единственным фактом программы обратного ленд-лиза во время Второй мировой войны.) Это было началом так называемого проекта «С». Назывался он так потому, что в то время моего отца звали доктором Седжвиком. Это был, вероятно, один из самых необычных, хотя и малоэффективных проектов Второй мировой войны. Будучи его участником в течение девяти месяцев в качестве сержанта армии США в роли тюремщика, телохранителя и личного секретаря отца, я хотел бы подчеркнуть некоторые важные моменты.

Даже до своего побега из Германии мой отец предупреждал: «То, что мы делаем, приведет к войне… Америка снова будет против нас – и мы снова проиграем!» Когда началась война, он был убежден, что Германия потерпит поражение, а если в этом у него и были какие-либо сомнения, они развеялись после того, как Гитлер напал на Советский Союз. Поэтому он решил, что лучшей помощью, которую он сможет оказать своей любимой родине, будет приблизить неизбежное поражение. Поэтому он согласился предоставлять правительству США информацию о личных взаимоотношениях и внутренних событиях в правящей нацистской клике и выступать в роли советника в психологическом противостоянии и по геополитическим вопросам. Как адмирал Кинг, хотя и по несколько иным причинам, мой отец постоянно утверждал, что война на Тихом океане является первоочередной задачей. «Если война в Европе закончится, вы все равно будете скованы войной с Японией, а ваши союзники будут устраивать свои дела так, как удобно им, а не вам».