Борис Ельцин. Воспоминания личных помощников. То было время великой свободы…
- Автор: Вощанов Павел Игоревич, Полторанин Михаил Никифорович
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00180-271-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Борис Ельцин. Воспоминания личных помощников. То было время великой свободы…». Краткое содержание книги:
Ступеньки не считал, но лестница показалось длинной, будто я шел с пятнадцатого этажа. Наконец уперся в «потайную» дверь, почти как в сказке про Буратино, только вот ключик был у меня отнюдь не золотой. Дверь открылась, и я попал в туннель между станциями метро «Краснопресненская» и «Киевская». Стало ясно: если бы нас захотели выкурить из подвала, нагрянули бы отсюда.
Поэтому мы заминировали лестницу посередине. И в случае штурма взорвали бы ее.
…На второй день Лебедь опять пришел ко мне и сообщил о полученном приказе увести свое подразделение к месту дислокации части. Приказ он должен выполнить в два часа дня. Я спросил:
– Кто может отменить приказ?
– Только Верховный главнокомандующий России.
Я доложил Борису Николаевичу об этом, и мы опять втроем собрались в задней комнате президентского кабинета. Лебедь повторил:
– Я получил приказ и обязан вам о нем доложить. Поскольку меня послали вас охранять, я без предупреждения не могу увести своих солдат.
Мы оценили приказ, полученный Лебедем, как предвестник штурма. Если уводят десантников, значит, «Альфа» готова брать Белый дом.
Борис Николаевич сказал Лебедю:
– Я вам приказываю оставить десантников.
– Не могу не выполнить приказ, потому что давал присягу, – ответил генерал. – А присягу я давал Горбачеву. Сейчас Горбачева нет. Непонятно даже, где он. Но выход есть. Если вы, Борис Николаевич, Президент России, сейчас издадите указ о назначении себя Верховным главнокомандующим, то я буду подчиняться вам.
Однако Президент отклонил это предложение. Разговор закончился ничем. Лебедь на прощание еще раз напомнил, что не имеет права нарушать присягу и нет для него ничего дороже офицерской чести.
Настроение у Ельцина после встречи испортилось.
Ровно в два часа дня десантники построились, сели на свои машины и медленно ретировались. Их провожали с грустью, особенно переживали защитники Белого дома. Многие почувствовали обреченность: раз солдаты ушли, значит, действительно произойдет что-то ужасное.
А Борис Николаевич обсудил предложение Лебедя с Шахраем и Бурбулисом, после чего к 17 часам появился указ о назначении Ельцина законным Верховным главнокомандующим. Что мешало выпустить документ до двух часов дня? Мы вечно опаздываем. «Альфа» наверняка бы не пошла на штурм здания, охраняемого боевым подразделением, у которого и пушки, и броня. Может, никакой крови вообще могло и не быть…
Служба безопасности организовала специальные разведывательные посты. Ее сотрудники постоянно отслеживали обстановку и докладывали мне лично. Я поставил им задачу: если в критический момент Президент вынужден будет покинуть Белый дом, он должен иметь беспрепятственный выезд.
Машина Ельцина могла выехать только из гаража внутреннего двора, по пандусу скатиться вниз, а затем повернуть направо или налево. В этом месте лежали рельсы и пара бревен. Они раздвигались.
Когда мне доложили, что звонили из американского посольства и предлагали, в крайнем случае, предоставить политическое убежище, мы тщательно обсудили этот вариант. Задние ворота американского посольства находились через дорогу от Белого дома, метрах в двухстах. Их держали открытыми, готовясь принять Президента и людей, прибывших вместе с ним. Я перепроверил эту информацию, она подтвердилась. Для нас предложение американцев было сильной моральной поддержкой. В душе я надеялся на победу, на нерешительность гэкачепистов, но допускал: в случае штурма могут погибнуть сотни, возможно, даже тысячи людей. И тогда важнее всего спасти Президента России. Все понимали меру ответственности за безопасность Ельцина. Ко мне в эти дни подходили десятки незнакомых людей и молили об одном:
– Сберегите Бориса Николаевича.
Самой тревожной оказалась вторая ночь. Приходили офицеры КГБ, звонили по телефону, предупреждали нас о грядущем штурме. Даже с Группой «А» мы поддерживали связь. Бойцы группы сообщили, что сидят в полной боевой готовности и ждут приказа.
Накануне я рассказал Президенту о предложении американцев:
– Борис Николаевич, если что-то произойдет, я вас разбужу. У нас только два пути. Либо спуститься в подвал и выдержать несколько дней осады. Потом мы там сами, без посторонней помощи погибнем. Либо поедем в американское посольство. В нем можно скрываться долго и всему миру рассказывать о событиях в России.
Ельцин выслушал мои доводы и произнес только одно слово:
– Хорошо.
Я его истолковал так: как решите, так и поступим. Борис Николаевич вел себя спокойно, слушал меня. Около одиннадцати вечера я ему сказал: