Дорогой скорби: падение, огонь и покаяние

Ладонь коснулась обтянутой чёрной кожей рукояти. Та древняя сила, которая крылась в архаичном, эпохальном клинке, живительным эликсиром полилась по душе, приводя её к успокоению. Парень сильнее сжал свой меч и неведомая уверенность, источаемая древним артефактом, овладела душой альтмера, приводя её к спокойствию.

– Ох, меч Верховного Магистра, – удивлённо, внимательно смотря на вынутое лезвие, начал тёмный эльф. – Как я его давно не видел.

После брошенной реплики все стали взбираться по лестнице наверх. Азариэль ступил на лестницу, выложенную серым камнем, и увидел, как она поднимается на пять метров ввысь рядом ровным ступеней.

Поднявшись, они встретились с дверью нос к металлу, которым она окована. В серебристом покрытии, образующим форму ворона, с распахнутыми крыльями, Азариэль увидел своё отражение и одежду. Только он хотел коснуться врат, как резко сменилась обстановка.

Внезапно затрубили рога и раздался низкий гулкий протяжный звук. Врата распахнулись под металлические стоны и скрип древесины. На самом верху каменистого ущелья объявились ряды стрелков, синхронно натянули тетиву.

– К оружию! – Азариэль схватился за клинок, но не успел даже его обнажить.

Из чрева шпиля хлынуло полчище дремор, закованных в чёрную демоническую броню, окованную тёмно-синим металлом и отделанную. В их руках покоятся пики, уставленные на пришедших кривыми лезвиями. В глазах дремор пляшут холодные огни.

– Что за!

– Нас окружили, Ариан, – сухо констатирует Тилис, сдавив весь страх.

– Впустите гостей! – послышался могучий голос из глубины шпиля.

У ступеней объявились десятка три дремор, так же с пиками и копьями наперевес. Выстроившись, они создали стену острых лезвий, став медленно напирать, что и заставило троих пройти внутрь шпиля.

Азариэль ощутил ещё больший холод внутри. Купол, построенный бывшим Регентом, внезапно рассеялся и теперь даэдрический хлад мог беспрепятственно вгрызаться в кожу высшего эльфа, но этого, почему-то не происходило.

Внутренне убранство башни полностью совпадало с тем, что красуется снаружи. Повсюду расставлены жаровни, в которых горел ледяной огонь, едва ли освещавший помещение. Дальние стены башни не освещались вовсе, и там навечно поселилась сумрачная непроницаемая ни для единого луча света густая тьма. Даже через окна не проникал свет, ибо и там его практически нет.

Стало понятно, что и здесь стены облицованы чёрным светопоглощающим обсидианом, в котором могла отразиться лишь чистейшая тьма, и это могло хоть отчасти оправдать тот кромешный мрак, воцарившийся внутри башни.

Азариэль уловил чутким ухом дыхание, тяжёлое и глубокое, вырывавшееся сквозь металл и вселяющее ужас. Повсюду стоят сотни, если не тысячи дремор, образовав длинный коридор, через который вели Азариэля с остальными. Парень не видел их всех, но он ощущал монотонное, ледяное тяжёлое дыхание существ и замечал вдалеке мерцание неисчислимого количества их синих глаз. Несметный легион дремор окружал их, словно безмолвные стражи.