Первая спецслужба России. Тайная канцелярия Петра I и ее преемники. 1718–1825

Должность главы Посольского приказа, являвшаяся для занимавшего ее чиновника и должностью координатора стихийной разведки России, словно притягивала к себе нестандартных и противоречивых людей. Когда стрельцы убили Артамона Матвеева и поставили во главе государства царевну Софью, она доверила руководить Посольским приказом своему любимцу и фавориту (попросту говоря — своему любовнику) Василию Голицыну. Он был очень похож на Ордина-Нащокина и Матвеева. Был и талантливым дипломатом, хорошо разбиравшимся в тайной дипломатии-разведке, был образованнейшим человеком и главным западником в тогдашней русской элите, покровителем искусств, полководцем и главой Стрелецкого приказа. И при этом Голицын был нечист на руку, жесток и зачастую беспринципен: держал в своем доме колдуна-предсказателя, а когда тот стал ненужен — приказал сжечь его заживо за колдовство.

Понимая необходимость выхода России к Черному морю, в должности российского главнокомандующего Голицын уговорил Софью отправить его в поход на Турцию, попытался впервые завоевать Крым и вырвать эту вечную занозу в подбрюшье России. Для этого сам же Голицын в роли главы Посольского приказа заключил мир и военный союз против турок и крымского хана с Польшей, используя и методы тайной разведки в склонении польского короля к такому союзу. В итоге долгих переговоров Голицына с польским посольством в Москве и подкупа некоторых из его членов король Польши Ян Собесский пошел сразу на две важнейшие уступки России: заключил с Москвой военный союз против Османской империи и навсегда признал русским городом Киев — это был главный дипломатический и разведывательный триумф в карьере Василия Голицына. А когда поход на Крым Голицына не удался и его армия завязла в изматывающих боях на Перекопе, по возвращении из бесславного похода он долго всех уверял и в своем военном триумфе. Когда же правду о разгроме крымским ханом голицынской армии скрывать уже стало невозможно, Голицын занялся поиском виноватых и «врагов народа», сам возглавив дело обвиненного в измене украинского гетмана Самойловича, которого сделал ответственным за свой военный провал. В военном деле князь Голицын особенно талантливым полководцем себя не показал, хотя будем к нему справедливы, и его последователям для выхода к Черному морю и уничтожения Крымского ханства при всех их талантах понадобилось затем полтора века.