Императорские изгнанники [ЛП][The Emperor’s Exile]

- Да … господин.

Прежде чем принять решение, он еще раз осмотрел поселение противника и окружающую местность. - Мы спустимся с противоположной стороны их укрепления и подойдем с тыла, как только Массимилиан начнет атаку.

- А что насчет пастуха?

- А что насчет него?

- Было бы опасно брать его с собой. Ты видел, что он из себя представляет. Я бы сказал, наполовину сумасшедший. Он может нас выдать.

- Тогда он останется здесь, пока все не закончится. Я пришлю кого-нибудь за ним.

- Что, если он не останется на месте? Что, если ему станет любопытно, и он выйдет на открытое пространство, и кто-нибудь его заметит?

Катону не понравился вывод, к которому вел его Аполлоний, и он твердо обратился к агенту. - Он указал нам путь. Мы выполним свою часть сделки.

- Как хочешь. Но я его свяжу. Так мы можем быть уверены, что он не причинит нам вреда.

- У нас нет веревки, - заметил Катон.

Аполлоний вытащил кинжал. - Я нарежу полоски из той тряпки, которая у него вместо туники. Не займет много времени.

Он отвернулся, прежде чем Катон смог что-то сказать, и исчез среди камней. Оставшись один, Катон снова посмотрел на ворота и увидел, что пламя немного утихло, и ему было легче разглядеть масштаб ущерба, нанесенного огнем. Обе башни были не более чем обугленными каркасами вплоть до самого фундамента из раскаленного камня. Между ними ворота были в значительной степени разрушены, несмотря на все усилия разбойников, тушивших их ведрами по цепочке. Наверняка, не пройдет много времени, прежде чем Массимилиан отдаст приказ начать штурм.

Хруст осыпи позади заставил его вздрогнуть и инстинктивно схватиться за рукоять кинжала, прежде чем он увидел, что это Аполлоний.

- Ты был быстр.

- Я работаю быстро, - ответил Аполлоний. Сгорбившись, Катон заметил, что на костяшках пальцев агента была полоска крови. Почти в то же мгновение другой спутник увидел то же, что заметил Катон. - Он не хотел, чтобы его оставляли здесь связанным. Мне пришлось сбить его с ног, прежде чем я с ним разобрался, - он прикрыл глаза и уставился на ворота. - Уже скоро. Нам лучше начать выдвигаться.

Катон заколебался, не уверенный, что может доверять словам агента о том, что он оставил Милопия живым. Но что толку тратить время на проверку? И если Аполлоний причинил вред человеку, что мог с этим поделать Катон? Ничего серьезного. По крайне мере, только после того, как им удастся спасти заложников или же погибнуть вместе при попытке. Это вопрос, который, если понадобится, можно будет решить позже.

Пригнувшись, двое римлян украдкой двинулись к лагерю разбойников, используя камни и кусты, чтобы заслонить их от случайынх взглядов из долины. Пройдя за гребень скалы, они поспешили спуститься по склону, высматривая любого из разбойников, которые могли быть размещены для наблюдения за остальной частью небольшой долины. У подножия хребта они приблизились к небольшому холму, который давал им выгодную точку для планирования своего подхода к заложникам. Катон присел и двинулся вперед, затем лег на живот и пополз к тени под кустами. На этом он остановился, и Аполлоний подкрался к нему.