Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селеньям. Том 2. Земля обетованная [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
от болезни. Поняли? — тетя Оля неохотно кивнула головой. —
И еще одна просьба: достаньте в моей комнате китель, сапоги
и брюки, старые. Целы они?
— Куда им задеваться? Не торгую штанами твоими, ба
тюшка.
— Отдайте одежду Зотову.
— Это еще зачем?
— Пусть переоденется.
— При мне? — возмутилась тетя Оля.
— Выйдите из комнаты. Я не прошу, а требую, — глаза
Орлова сверкнули.
— Пусть хоть дом подожгет.
299
— Я требую, — шепотом повторил Орлов. — Второй раз
позвоню — лейтенанта посылайте.
— Пособлю им, — проворчала тетя Оля, поворачиваясь
спиной к Орлову.
— Не подведете?
— Слово мое крепко. Я не ваш сексот, — бурча что-то под
нос, тетя Оля пошла в свою комнату. Орлов вернулся к Осо
кину.
— Теперь нас никто не потревожит, — заговорил хозяин,
с удобством усаживаясь в кресло. — Не желаешь ли коньячку,
Герасим Петрович?
— Глоточек можно.
— Великолепная штука. Армянский! Один я не пью. А в
такой поздний час кто ко мне наведается? — Орлов бросил
беглый взгляд на пустой стол. Бутылку и посуду он предусмо
трительно спрятал и ничто не указывало на то, что за не
сколько минут до прихода Осокина хозяин выпивал с Зото
вым. — И лимончик найдется. Сами почистим, по-холостяцки.
Люблю я эти бокалы. Старинная работа, — говорил Орлов,
ловко и сноровисто разрезая очищенный лимон тоненькими
дольками. Осокин, словно невзначай, взглянул в пепельницу.
Его внимание привлекли три окурка. Он хорошо изучил при
вычки хозяина. Орлов обычно выкуривал чуть больше поло
вины папиросы, а эти окурки кто-то, конечно же, не генерал,
искурил до самых мундштуков. Обслюнявленные мундштуки,
а хозяин не любил мусолить папиросы во рту, не оставляли
сомнений, что недавно у Орлова сидел поздний гость. Мунд
штуки «Казбека» даже на взгляд казались мокрыми. Несомнен
но, гость сидел за этим столом и, судя по количеству окурков,
больше часа. Хозяин поймал взгляд полковника. «Первый блин
комом... Как же я не догадался убрать пепельницу», — с до
садой рассуждал Орлов, разливая коньяк.
— Выпьем за нашу плодотворную совместную службу, —
напыщенно провозгласил Орлов. — И за дружбу! За мужскую
настоящую дружбу!
— За дружбу с удовольствием, — согласился Осокин. При
губив коньяк, он поставил бокал на место.
— Э-э-э! Так не годится, Герасим Петрович, — энергично
запротестовал Орлов. — На Руси за дружбу до дна пьют. Не
300
оставляй в чаше зла на хозяина. Вот как учили наши предки.
— Так было в старину, — засмеялся Осокин. — А по пра
вилам хорошего тона коньяк из бокалов не пьют.
— Что нам эти правила! Мы с тобой воспитывались не в
институте благородных девиц. Оба — чистокровные пролета
рии. Пей до дна — и вся тут правда.
— Тогда уж и вы со мной за компанию осушите свой бо
кальчик. По русскому обычаю хозяин первый пьет, чтобы
гость не сомневался.
— С превеликим удовольствием, Герасим Петрович! —
Орлов чокнулся с Осокиным и залпом выпил свой бокал. Пол
ковник неохотно последовал его примеру.
— Хороший коньяк, Леонид Фадеевич. Прямо огонь по
жилам побежал.
— Вы лимончиком закусывайте. Две дольки пососешь —
и трезвый как стеклышко.
— Спасибо, Леонид Фадеевич. Но делу время, а потехе —
час. Вы упомянули о звонке ОТТУДА. — Осокин многозначи
тельно указал пальцем на потолок.
— Все обсудим, Герасим Петрович. До утра у нас время
еще есть. Пока пригубим по второму бокальчику. — «Полковник
не умеет пить. От коньяка его развезет. Проклятые почки! Как
бы они о себе знать не дали... Голова у меня ясная. Выпьем еще,
я объясню ему тайну пепельницы».
Спаивает, хитрец! Знает, подлец, что после второго бокала