Запрет на безумие
- Автор: Дель'Искандер Эльвира
- Серия: Belua Ferus #2
- Год: 2014
- Язык: русский
- Жанр: Городское фэнтези
Электронная книга - «Запрет на безумие». Краткое содержание книги:
Устала от охватившей ее апатии, от бессилия, в котором пребывала – как физического, так и морального. А были еще вялость, сонливость, безразличие, тогда как единственное, чем она занималась, так это перетруждала себя ничего неделанием.
В последние два дня Брина и с койки-то не поднималась: ей абсолютно не хотелось шевелиться, а нужду справлять в толчке тюремщика было нечем.
И да, это снова напомнило о том, что она умирала, как хотела поесть, хотя живот с прежней силой теперь не сводило.
Брина закрыла глаза. На нее смотрела камера – чуть ниже потолка у противоположной стены. Брина заметила ее неделю назад, и по этому поводу могла сказать одно: Лисандр ублюдок, если еще и наблюдал за ее страданиями.
Что-то ударилось – звук в отдалении, но Брина решила не обращать внимания – должно быть, послышалось. Ей постоянно здесь что-то мерещилось. Лучше бы подчистить пол, чтобы завтра продолжить творить. Только как себя заставить приподняться? Перевернуться и достать из-под кушетки ткань – кусок отвергнутого, но разорванного одеяла?
Иногда, забывшись, она стирала изображение руками. А может, и, не забывшись, поскольку так было легче всего. Брина боялась одного: что в скором времени даже к занятию своему потеряет интерес, а рисование пальцами оставалось единственным, что помогало не размякнуть и сохранить свой разум цельным: от глухой тишины, для нее непривычной, от одиночества и нахождения в замкнутом пространстве ей хотелось лезть на стены; хотелось кричать, плакать, смеяться. Она подумывала начать выскабливать палочки на бетонной стене, считая прожитые в неволе дни. В фильмах-то выглядело эффектно.
Лязг металла. До нее донесся звук лязгнувшего металла: громкий, знакомый….В прошлый раз нечто схожее сопровождалось приходом посетителей.
Должно быть, снова лишь ее фантазия…
Она услышала чьи-то шаги – к ней или нет, но кто-то приближался. И по мере приближения, по мягкости шагов и текучей неспешности походки она узнала, кто это был. Происходящее теперь не казалось игрой воображения.
Лисандр остановился напротив ее камеры.
Раз, два, три – Брина считала трещинки. Прямо над ней их было пять: две крупные, по краям облупившиеся, и три как ниточки тонкие, аккуратные.
Дверь ее камеры отварилась: с тихим скрипом, медленно. Затем с той же интимностью притворилась.
Почти беззвучно Лисандр подошел к Брине и уселся на грязный пол: должно быть, у нее начинались галлюцинации – Лисандр и грязный пол.
Спиною к койке, на уровне груди Брины – Лисандр сел на Гумберта. Мечты сбываются: даже шевелиться не пришлось.
– Ты провел в плену сотню лет,…– тихо заговорила Брина, принимаясь к изучению заржавевших прутьев, тянувшихся вверх от ее ступней. – Как ты себя чувствовал?
Секунд пять прошло, прежде чем Лисандр ответил.
– Мне было плохо.
Плохо…
– То есть ты понимаешь мое состояние?
Видимо, раньше прутья были выкрашены черной краской…
– Мне было хуже, – ответил Лисандр, как и ранее в тон флегматичной Брине.
– И понимая, что мне предстоит пережить, ты все равно так со мной поступил. – Кажется, одна из жирных трещин, та, что была правее, начинала раздваиваться. – Продолжаешь поступать.
Лисандр повернул к ней голову.
– Я не могу отпустить тебя, милая, – скорее прошептал, чем в голос произнес Лисандр. – Как только я это сделаю, ты снова побежишь к нему. Я не могу этого допустить.
Брина закрыла глаза.
– К нему? – спросила хрипло. – К кому «к нему», Лисандр? Никого нет. Его уже нет. Ты все уничтожил, растоптал. Разрушил то, что было. – Перед глазами предстала последняя встреча с Роланом. – Он презирает меня, я ему противна. «Лживая стерва», – она улыбнулась. – И все благодаря тебе.
Брина вспомнила, как не смогла зайти в «Красную метку». Все в тот же вечер последней с Роланом встречи. Невероятно, но бар не впускал ее: Брина не могла преодолеть порог. Насколько же сильно обидела Ролана, раз он сотворил подобное…
Лисандр зашевелился, а затем к непомерному удивлению Брины ее лица коснулись пальцы: теплые, мужские.
– Я сделал это ради тебя.
Брина устало вздохнула, позволяя ласкать ему, что громко сказано – большим пальцем водить по кусочку своей щеки.
– Ты думаешь только о себе, Лисандр. Не нужно столь громких фраз.
– Ты так и не прозрела, Брина. Не освоила законов жизни. Не бывает черного или белого, хороших или плохих, верных поступков или неверных. Совершая каждый из них, преследуешь не одну – преследуешь несколько целей. Потому как всегда – слышишь меня: в подкорках твоего сознания всегда будет ютиться другая, побочная мысль, воплощение которой могло бы также оказаться для тебя полезным. Почему заботясь о твоих интересах, я не мог позаботиться и о своих?