Запрет на безумие

Он жалел об исходе их встрече: той последней…Ролан начинал за собой замечать. Почему не потребовал объяснений? Всех ответов на терзавшие вопросы? Он бы выведал правду, досконально, разузнал до мельчайших деталей план-сценарий, что разработал Лисандр – попытайся Ролан отбросить эмоции.

И теперь, когда разум прояснялся, ярость гасла, и возвращалось спокойствие – то несокрушимое, казалось бы, спокойствие, – терзали демоны утраченных возможностей, терзали духи неиспользованных шансов.

Почему не проследил? Почему? Не узнал, где проживает Лисандр? Не узнал, где живет сама Брина?

Он не смог бы ее отпустить.

«Невиновна», «обманул Лисандр»… – те слова, что говорила Брина. Мол, не знала, кем является Ролан, заявляла так в присутствии Лисандра…

Что испытывал в тот вечер Ролан? Кроме злости, удивления, неверия? Может, ложь, исходящую от Брины? Или ложь, проецируемую Лисандром?

Ролан совсем ничего не помнил, кроме плача артистичной Брины.

Усмехнулся.

Теперь он понимал ее упрямую навязчивость. Теперь он понимал, зачем украла телефон. А Ролан подыграл – забрал ее машину. Каким же глупым и наивным оказался…

В это время распахнулась дверь, и в кабинет проникли лужицы света. Его рука, что покоилась на лбу, опустилась ниже и закрыла глаза. Но Ролан успел приметить темный силуэт, словно горную возвышенность на золотистом фоне.

Дверь закрылась, вернулась темнота. Александр стоял неподвижно.

«Не включай».

Зажегся свет.

Александр смотрел на него – Ролан видел, не размыкая глаз.

– Что ты здесь делаешь? – Александр прошел вперед да мимо дивана, на котором расположился Ролан.

– Сплю.

Александр подошел к столу и закопошился на заваленной предметами столешнице.

– Я думал, для того у тебя есть дом.

– Есть.

– Ты в норме?

Ролан услышал, как открываются ящики.

Тот же вопрос Александр задавал ему несколько дней назад, когда пожелал поговорить о Брине и всем том, что было с ней связано.

И тогда он ответил, что в норме. То же самое сказал и теперь.

Зашелестели листы бумаги.

– Что ты ищешь? – спросил все же Ролан, решив разговором, пускай и не желанным, уйти от болезненных мыслей о Брине.

– Ищу документы, которые просила принести Нелли. Кажется, она специально их запрятала,… знала, что так случится…

Взорвется здание, а сама она окажется под домашним арестом?

Шорох папок и шелест бумаг продолжался еще некоторое время. Но затем, очевидно, Александр нашел, что требовалось, так как направился обратно к выходу. Только на середине пути остановился. Он стоял и смотрел на Ролана.

– Не хочешь у меня ничего спросить? – Александр удивил его вопросом.

Приоткрылись глаза, незрячие под светом ламп.

– Почему ты спрашиваешь?

Александр едва заметно качнул головой.