О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью
- Автор: Кеслёвский Кшиштоф, Дорман Олег Вениаминович
- Язык: русский
- Год: Corpus
- ISBN: 978-5-17-115892-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
ПАРЕНЬ. Will you have a drink with me?
Уля понимает, что он принял ее за местную проститутку. Раздумывает мгновение.
УЛЯ. Yes.
Парень подзывает официантку, указывает на вино, которое пила Уля, показывает два пальца. Улыбается. Вблизи он – миловидный, простой американский парень, загорелый, кровь с молоком.
ПАРЕНЬ. Fifty?
УЛЯ. What?
ПАРЕНЬ. Fifty dollars, o’kay?
Все очевидно.
УЛЯ. O’kay.
Официантка приносит вино, парень платит. Затем достает ключ от комнаты, смотрит на номер.
ПАРЕНЬ. Three four five.
Уля полагается на инстинкт. Сначала снимает с парня очки, потом остальное. Идет в ванную, тоже раздевается, открывает воду, но под душ не становится, а смотрит на себя в зеркало: господи, что же я делаю? Но лишь секунду. Возвращается в номер – и Антек видит, как они принимаются за дело на большой удобной кровати. Уля кладет ноги парню на плечи, и Антек чувствует тошноту, но, поскольку уже не может удовлетворять своих физиологических потребностей, просто сглатывает слюну – и тошнота проходит. Очкарик очень мил и, кажется, удивлен пылом, с которым была оказана услуга. Тянется за сигаретами, закуривает, одну вставляет Уле в рот. Гладит ее по голове.
УЛЯ. You speak English only?
ПАРЕНЬ (смеется). No.
УЛЯ. German?
ПАРЕНЬ. Yes.
УЛЯ. Polish?
ПАРЕНЬ. No.
УЛЯ. Not a word?
ПАРЕНЬ. No.
УЛЯ. Тебе никогда не понять.
ПАРЕНЬ (смеется). I don’t.
УЛЯ (совершенно серьезно). Ты бы и по-американски не понял. Тридцать шесть дней назад умер мой муж. Внезапно, раз – и нет. Мне казалось, я его не очень-то и люблю, так, средне, – иногда люблю, иногда нет. А может, я даже об этом не думала: ребенок, работа, магазины.
Уля говорит, не глядя на американца. Парень с удивлением слушает этот монолог, полный шелестящих звуков. Антек не ожидал услышать того, что слышит.
УЛЯ. Мне было дано так много, а я и не знала. Теперь мне трудно поверить, что были плохие дни, ужасные, когда я его ненавидела. Я не понимала, что счастлива. Только сейчас понимаю. И не могу с этим жить, не могу. Я подумала, может, из-за того, что нет постели, но нет. Мы иногда не спали друг с другом неделями. Хотя бывало и хорошо. Это не постель. Я не могу перестать о нем думать, ни на минуту, он стоит у меня перед глазами, он все время со мной. Я говорила с мамой, но что можно рассказать маме? Она говорит: “Так и должно быть, доченька. Пройдет”. А что делать, пока не пройдет, если вообще пройдет? Пуститься во все тяжкие или спиться. Я сейчас даже не почувствовала, что ты был со мной. Совсем. Ничего. Пустота, бессмыслица. А что не бессмыслица?
Садится на кровати, американец обнимает ее сзади и прижимается головой к ее спине.
УЛЯ. Влюбился, дружок?
ПАРЕНЬ. Will you say it in English, please.
Уля встает, натягивает трусы, одевается. Парень, видно, думает, что она пойдет в ванную, но она уже в дверях. Парень надевает очки. Уля выходит и закрывает дверь.
Лабрадор отходит от окошка судебного буфета с двумя чашками кофе. Идет к столику, за которым сидит Метек. Кто-то окликает: “Пан адвокат”. Лабрадор оборачивается. В глубине зала, под лестницей сидит судья Бедрон. Лабрадор подходит, они здороваются.
БЕДРОН. Вы не один?
ЛАБРАДОР. Один.
БЕДРОН. А кофе?
ЛАБРАДОР. Для вас. Взял и подумал: может, вы подадите знак?
БЕДРОН. Второй кофе сегодня, но раз уж за ваш счет…
ЛАБРАДОР. Что бы вы сказали, если бы я подложил вам такую свинью: поручительство нового, законного, благонадежного профсоюза за Стаха. Вы бы его отпустили?
БЕДРОН. А они готовы? Профсоюз этот?
ЛАБРАДОР. С ними я еще не говорил. Начал с вас, но думаю, они бы сейчас на это пошли. Эффектный жест…
БЕДРОН. А Стах? Ведь вся проблема в нем, не так ли?
ЛАБРАДОР. Я встречусь с ним, если вы подарите мне надежду.
БЕДРОН (несколько театрально разводит руками). Суд выносит приговор коллегиально… Вы всерьез полагаете, что так их можно утихомирить?
ЛАБРАДОР. Нет. Всего лишь адвокатский трюк.
БЕДРОН. Знаете, что я вам скажу?
ЛАБРАДОР. Знаю. Твою мать.
БЕДРОН. Вот именно. Не видать света в конце туннеля.