Мама для малышки, или Надежда в подарок
- Автор: Фокс Нана
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Мама для малышки, или Надежда в подарок». Краткое содержание книги:
Обнимает ручонками мои колени и смотрит снизу вверх такими большими и безумно доверчивыми зелеными глазищами.
Дыхание перехватывает, потому что девчушка чертовски сильно похожа на меня в детстве.
И меня так и тянет сказать ей: «Привет, доченька!», но это не так.
Четыре года назад я потеряла такую возможность, и моя жизнь разделилась на «до» и «после».
«До» было все: муж, желанная беременность, свой дом и счастье безгранично.
«После»: черная дыра, пустота и одиночество.
— Мамочка, пошли скорей, нас там папа ждет.
ЧЕРНОВИК
Продолжение 3–4 раза в неделю
Я замираю в нерешительности. Оборачиваюсь на отставших от нас мужчин, затем кидаю взгляд на оживленную людскую «змейку» около киоска со спортивным инвентарем.
— Ладно, — соглашаюсь я, — пойдем, займем очередь.
— Пойдем! — поддерживает меня Фани, кивая и степенно шествуя рядом со мной, как только я возобновляю наше с ней передвижение.
Встаем так, чтобы нас было хорошо видно мужчинам, стоящим в нескольких метрах от катка и очень эмоционально что-то обсуждающим. Нервная дрожь пробегает по телу при мысли, что разговор их касается именно меня.
— Ты не бойся, папа тебя не обидит, — успокаивает меня девчушка, словно считав все мои мысли, как сканер штрих-кодов на кассе гипермаркета. — Он хороший. Да и Клим тоже.
— Да? — Слова сомнения слетают с моего языка раньше, чем я успеваю его прикусить.
— Да, — уверенно защищает Фани крёстного. — Просто от него недавно ушла жена, вот он и… — Она замолкает, выискивая в своем еще не сильно объемном словарном запасе подходящее слово.
— Недоверчивый, — подсказываю я.
— Ага, — кивает она, — подозрительный, — добавляет. — А вообще хорошо, что она ушла. Она была такой противной! — Фани морщит носик.
— Кто? — теряю нить детского повествования.
— Жена у Клима, — чуть повышает голос малышка. — Она всегда со мной сюсюкалась, будто я маленькая. — На детском личике отражается такая гамма неподдельных негативных эмоций, что я непроизвольно улыбаюсь.
— А ты не маленькая? — шутливо поддеваю ее.
— Нет, конечно! — возмущается она. — Мне скоро пять!
— Ой, прости! Конечно, ты уже большая, и с тобой не стоит сюсюкаться! — соглашаюсь с ее утверждением.
— А еще, — продолжает она нашу доверительную беседу, — когда думала, что никто ее не видит, делала вот так. — Малышка, так и, не отпустив мою руку, сотрясается в подобии эпилептического припадка, искренне изображая, видимо, брезгливость той, что на публике изображала максимально искреннюю любовь к малышке. — Но я всегда говорила Климу, что она нехорошая, — перестав трястись, вновь как ни в чем не бывало возвращается она к разговору. — И хорошо, что она ушла. У него другая будет. — От этой доверчивой и наивной улыбки и теплоты, с которой она произносит эти слова, мне вдруг становится немного не по себе, будто малышка провидица, гадалка с хрустальным шаром, словно она видит все наперед и знает то, чего не знаем даже мы, взрослые.
Наш странный разговор прерывает парень из проката, и я безмерно рада этому факту. С удвоенным энтузиазмом помогаю девчушке выбрать коньки.
— Еще папе надо взять, — заботливо напоминает мне Фани.
Замираю в нерешительности, переглядываясь с сотрудником проката. Неловко так получается: он-то не знает, что мы не семья, а я понятия не имею, какого размера у него…
— Сорок третьи, пожалуйста, — раздается над моей головой уже знакомый бархатный голос.
— Хорошо, — кивает парень и уходит за коньками.
— Все хорошо? — интересуется Игнат, вглядываясь в мое лицо. — Фани вас не заболтала?
— Ну, папа, — обиженно дуется малышка, сопит и хмурит бровки. — Я не болтушка.
— Нет, конечно, — спешу успокоить одного и заступиться за другую. — Все хорошо. А где ваш друг? — уточняю, оглядываясь по сторонам.
— У него дома куча дел перед Новым годом, поехал разгребать. — То, что он лукавит, мне понятно, но развивать эту тему я не считаю нужным.
Берем выданный нам спортивный инвентарь и заходим в помещение с множеством шкафчиков. У нас один на всех, в нем мы и оставляем свою обувь. Игнат помогает малышке зашнуровать коньки, и та тут же рвется в «бой». Еле успеваем поймать ее около двери, очень быстро экипировавшись сами. А когда выходим на лед, то оказывается, что из нашей тройки более или менее сносно на этих скользких полозьях может стоять только Игнат.
Мы с Фани цепляемся за него с двух сторон.
— Ты как давно на катке были? — интересуется мужчина, поддерживая меня одной рукой за талию с доброй усмешкой на красивых губах.
— Давно, — честно признаюсь, крепко хватаясь за эту самую надежную руку.
— Заметно! — веселясь, поддевает он меня.
Фани задорно хохочет, смело отталкивается от отца и, как маленький несмышленый олененок на тонких ножках, неустойчиво, но очень целеустремленно катится вперед. Игнат немного напрягается, готовый ринуться в любой момент на помощь дочери, но не мешает ей.
Так мы и катаемся, то падая, то цепляясь за бортики, то, словно обезьянки, повисаем на самой надежной опоре — Игнате, едва перебирая «лапками» по скользкому льду.
— Все! — выдыхается первой Фани. — Хочу в кафе.
ГЛАВА 7
ИГНАТ