Мама для малышки, или Надежда в подарок
- Автор: Фокс Нана
- Язык: русский
- Жанр: Короткие романтические романы
Электронная книга - «Мама для малышки, или Надежда в подарок». Краткое содержание книги:
Обнимает ручонками мои колени и смотрит снизу вверх такими большими и безумно доверчивыми зелеными глазищами.
Дыхание перехватывает, потому что девчушка чертовски сильно похожа на меня в детстве.
И меня так и тянет сказать ей: «Привет, доченька!», но это не так.
Четыре года назад я потеряла такую возможность, и моя жизнь разделилась на «до» и «после».
«До» было все: муж, желанная беременность, свой дом и счастье безгранично.
«После»: черная дыра, пустота и одиночество.
— Мамочка, пошли скорей, нас там папа ждет.
ЧЕРНОВИК
Продолжение 3–4 раза в неделю
Мир, словно по мановению волшебной палочки злобной антифеи, в считанные секунды теряет краски, звуки, вкусы, возвращая меня в пресную реальность моего существования.
— Мамочка… — Тихий и чуть испуганный голосок малышки врывается в пучину моих переживаний и скальпелем режет по оголенным нервам.
Моргаю, фокусируя поплывший взгляд на милом встревоженном личике. Большие зеленые глазищи смотрят на меня с затаенной надеждой, с той умоляющей нотой доверия, которую страшно предать и невозможно обмануть.
Тушуюсь, не зная, как правильно ответить. В немой мольбе обращаюсь к Игнату. Ведь это и в его интересах найти правильный выход из того, что мы натворили. Но и в его карих глазах те же эмоции нескрываемого упования, четко говорящие мне, что союзника в его лице я не найду и он точно не собирается развеивать нелепость происходящего.
Мне трудно дышать, трудно мыслить, трудно просто встать и уйти, особенно, когда сидящая напротив тебя парочка напоминает бездомных щенков в лютый мороз, увязавшихся за сердобольной старушкой, пришедшей их накормить и, может, даже обогреть.
— Фани, — обращается Игнат к малышке, не сводя с меня пристального взгляда, — ты же хотела сладости домой взять, помнишь?
— Да! — переключается девчушка.
— Держи карту. — Он разрушает держащую меня в напряжении незримую связь, переключая внимание на дочь, и протягивает ей банковский пластик. — Сходи, купи, что хочется, к чаю. Только немного, хорошо?
— Да, папочка, — послушно соглашается Фани, бросает на меня вопросительный взгляд, словно надеется понять по выражению моего лица, не сбегу ли я, пока она будет отовариваться.
— Иди, — еле выдавливаю из себя и слова, и легкую улыбку-обещание.
Малышка уходит, ежесекундно оборачиваясь, посматривая на нас с настороженностью, а мы с Игнатом, два взрослых идиота, улыбаемся ей, безмолвно подбадривая и будто обещая, что все будет хорошо.
— Останься с нами. — Голос Игната чуть срывается, царапая интонацией мою и без того истерзанную душу. — Я понимаю, что все это полный бред. — Он подается вперед, захватывая в плен мои ладони. — Что нормальные люди так не поступают, но…
Он сбивается, на миг прикрывает глаза, чуть сильнее сжимая мои руки. Его грудь нервно вздымается в каком-то рваном ритме. Ему наверняка так же тяжело сейчас, как и мне, но отчего-то именно он не желает разрушать зарождающийся миф.
— Все сложно, в двух словах не расскажешь, — продолжает он, — и я пойму тебя, если сейчас ты встанешь, уйдешь, и мы больше не увидимся. Но, может…
— А что будет потом? — задаю резонный вопрос. — Как долго ты хочешь поддерживать для Фани придуманную ей иллюзию?
Молчание. Ответа нет ни у меня, ни у него.
— А ты сама как бы поступила? Только не спеши?
Нечестная игра. Игнат словно знает те тайны, что я старательно прячу от окружающих, да и от себя самой. Считывает мои желания и сомнения. Не настаивает, не требует, но предлагает так искусно, что отказаться чертовски сложно.
Эмоции зашкаливают. Разум истерично орет, предупреждая меня о сумасшествии, о том, что до добра это не доведет, что будет в сто раз больнее, и не только мне, о том, что…
Да к черту все!
— Хорошо, — шепотом произношу, нерешительно улыбаюсь и, прикусив нижнюю губу, поднимаю взгляд от наших сомкнутых ладоней и теряюсь в карих омутах загадочных глаз Игната. — Завтра решим, как со всем эти разобраться, а сегодня… — С языка чуть не сорвалось «продолжим игру», но я вовремя прикусываю его и лишь вздыхаю, позволяя Игнату самому придумать продолжение.
— Домой, — тихо говорит он, и его обаятельная улыбка окончательно лишает меня здравомыслия.
— Вот! — Малышка радостным вихрем врывается в повисшую между нами напряженную тишину, с гордостью опуская на столик коробку, перевязанную шпагатом.
— Умница, — хвалит ее Игнат, тут же поднимаясь с места.
Снимает с вешалки детский комбинезон и помогает малышке одеться. Я тянусь за своим пуховиком.
— Спасибо, — звучит еле слышно у меня над головой благодарный голос, а сам он стоит так близко, что жар от его тела опаляет меня.
Замираю испуганным зайцем, медленно перевожу дыхание и лишь киваю в ответ. Суетливо надеваю куртку, обматываю шею шарфом и подхватываю рюкзак. На Игната стараюсь не смотреть, даже их забавный диалог пролетает мимо моих ушей.
Из кафе мы выходим притихшие, словно каждый втайне боится ненароком лишним вздохом или словом спугнуть те робкие зачатки чего-то нового, загадочно-таинственного и безумно желаемого. Ту мечту, что храним глубоко-глубоко в подсознании, лелеем и никому не рассказываем.