Добрый доктор из Варшавы [litres][The Good Doctor of Warsaw]

У него появились друзья, много друзей. Однако он замечает, что та новенькая, Галинка, всех сторонится. Бродит по двору, стриженная как ягненок, глядя вдаль и напевая себе под нос, будто старается убедить всех, что ей нравится одиночество. Эрвин хорошо знает, как тяжело не показывать виду, что тебе плохо, что ты голоден и одинок. Он пытается заговорить с ней, но мальчишки дразнят его и смеются. Уж не влюбился ли он?

Проходит два месяца, потом три, другие дети больше не зовут Галинку поиграть. Забывают о ней. Как маленький призрак, она бродит по краю двора, а Эрвин чувствует, что с каждым днем влюбляется в Галинку все сильнее.

И тут пан доктор устраивает большой переполох. Он совершает нечто ужасное. Сажает Галинку на высоченный шкаф в библиотеке и уходит. Ей никак не спуститься самой. Что же делать?

Вокруг шкафа собирается целая толпа девочек. Они пытаются придумать, как помочь Галинке, подбадривают ее. Эрвин же несется сломя голову за Мишей. Ведь молодой воспитатель такой высокий. Одним движением Миша снимает девочку и ставит на пол. Она уходит, окруженная толпой подруг и нянечек, которые радостно кудахчут над спасенной.

В библиотеку входит пан доктор, и Эрвин догадывается, что тот наблюдал за ними из коридора. Все эти странные фокусы он всегда устраивает с определенной целью.

Теперь Эрвин понимает, что задумал доктор, и его сердце переполняется благодарностью. С сегодняшнего дня Галинка больше не будет одинокой и забытой. Ее волосы отросли и теперь заплетены в две толстые пушистые золотисто-рыжие косички, нос и лоб покрыты задорными веснушками. С каждым днем нежная и добрая Галинка нравится Эрвину все больше.

За то, что пан доктор посадил ребенка на шкаф, он должен предстать перед детским судом. Восьмилетний Эрвин выступает в защиту доктора. Как же хорошо он говорит, его глаза блестят от возмущения, своей пламенной речью он почти убеждает весь зал в невиновности пана доктора. Однако тот отвергает его защиту.

– Правила одни для всех, – возражает он. – Вы должны назначить мне такое же наказание, какое получают дети, если совершат подобный поступок. Все должно быть по справедливости.