Хозяева джиннов [сборник litres]

Слегка спотыкаясь, юный полицейский заторопился прочь.

– Ты слишком этим наслаждаешься, – обвинила Фатима.

Губы Асима сложились в ухмылку.

– Знаешь, что забавно? Я даже не люблю кофе. На вкус, как обмывки. Зато я очень люблю обламывать новых рекрутов. – Он повернулся к Фатиме. – Добрый вечер, агент. Выглядишь очень, – он обвел взглядом ее костюм, – по-английски.

– Это американский костюм. Из Нью-Йорка.

– Не верю, что это место существует.

Она скорчила рожицу.

– Ну и дело у тебя здесь.

Асим почесал выбритый подбородок.

– Ты еще худшего не видела. – Он поманил ее за собой. – Надеюсь, мы тебя не разбудили. Но я решил, что стоит позвонить в министерство.

– И, конечно, ты попросил лично меня?

– Конечно. Я знаю, как сильно ты любишь сложные случаи.

– Знаешь, у меня ведь есть личная жизнь.

– В это я тоже ни на мгновение не поверю, – покачал он головой.

– Ну хотя бы в курс меня введи.

– Нам позвонили где-то ближе к десяти, – начал Асим. – Ночной дворецкий имения.

– Хамза. Встречала.

– Мужик был в панике. Зашел в зал и обнаружил тела. Звонил в каждое отделение, какое нашел, и орал об убийствах. Большинство здесь из полиции Гизы. Но они обратились за помощью в Каир. Мы приехали и нашли все это.

Они остановились у ряда белых простыней, пахнущих гарью. Или то были полицейские, которые собрались вокруг и дымили сигаретами «Нефертари»? Увидев инспектора, они спешно попрятали коричневые палочки. Асим терпеть не мог, когда курили на его месте преступления.

– Двадцать четыре трупа, – проинформировал он, отводя злобный взгляд от сотрудников. –   Все сожжены до смерти, – добавил инспектор. – Я надеялся, если их накрыть, запах ослабеет.

– Ты позвонил в министерство из-за огня? – Но стоило словам покинуть губы Фатимы, как она заметила очевидное. Никаких подпалин. На самом деле нигде не было следов обгорания.

Асим протянул платок.

– Тебе пригодится. Под простынями воняет, как горелые волосы.

Фатима присела рядом с ним на одно колено, и он отбросил покрывало. Даже с прижатым к носу платком вонь была сильной. Обожженный труп выглядел как обугленное дерево, почерневшая голова с опустевшими глазницами, из которых поднимался дымок. Кем бы он ни был, он умер с криком – в распахнутом рту виднелись закопченные зубы и пятнышки золотых пломб. Однако, что привлекало внимание, это его наряд: длинная черная мантия поверх темно-серого костюма с белыми перчатками и черной феской, все еще на голове, – и все это неповрежденное.

– Сгорела только плоть, – пробормотала она.

– Очень необычно для огня, как думаешь? – спросил Асим.

Фатима слушала вполуха, ее мозг перебирал различные контролируемые возгорания магического и алхимического происхождения: огни, способные плавить сталь, приставать к поверхностям, подобно маслу, или даже принимать форму зверей. Огни, поглощающие плоть, но оставляющие одежду нетронутой? Это что-то новенькое. Достав пару министерских спектральных очков, она надела покрытый медью прибор и всмотрелась в тело сквозь круглые зеленые линзы. Магия была повсюду. Не только на одежде. Она покрывала труп тусклым, люминесцентным осадком.