Электронная книга - «Сродни одержимости (СИ)». Краткое содержание книги:
– Что я там не видел, Марк? – ехидничает он устало. – Лучше прекрати себя накручивать. Это уже случилось и бесполезно сейчас «лить слезы». Скажи, отец уже знает?
– Знает, – хмурится Флинт. – И ничего хорошего мне это не сулит, сам понимаешь. Так что давай тогда напьемся хорошенько. В последний раз.
– Ну, надеюсь, что не в последний, – усмехается Грэхем. – Но давай. За окончание и продолжение.
– Да уж, «продолжение», – Флинт вздыхает и равнодушно интересуется. – Я думал, ты в ночь выпускного с Уизли будешь. Или вы уже успели «попрощаться»?
– Успели, – улыбается тот, но Флинту кажется, что другу грустно на самом деле. – С ним было интересно играть. Во всех смыслах. Надеюсь, еще свидимся когда-нибудь.
Он не лукавит в отношении Фреда. После той первой совместной игры и первого свидания, он понимает, что рыжий гриффиндорец Фред Уизли зацепил его не на шутку. Легкое увлечение перерастает во взаимную привязанность, и они оба просто бросаются в эту бурю эмоций и гормонов с головой. Исследуют, расспрашивают, подчиняют и подчиняются. В общем, узнают друг друга заново. Никакой лишней романтики и обещаний «любить до гроба», но - легко, непринужденно и абсолютно потрясно. Даже зная, что все это не всерьез и не навсегда, они не требуют друг от друга большего, просто наслаждаясь моментами близости. Прямо сейчас им всего было достаточно.
Они разъезжаются по домам. Монтегю обещает писать Флинту, потому что от того инициативы не дождешься, надеясь хотя бы так утешить друга. Все лето Грэхема занимают вступительные экзамены в Магический университет на факультет искусств. Но про обещание он не забывает. Ответные письма Марка полны нескрываемой злости на отца и усталости от постоянной зубрежки школьных предметов. Флинт-старший практически посадил его под замок с учебниками, отобрав, пожалуй, единственную радость: квиддич и полеты. Небольшая отдушина – это Вуд. Он, как оказалось, тоже пишет Флинту. И пишет, конечно же, о квиддиче. От чего Марк злится еще больше, лишенный возможности самому читать новые статьи, разрабатывать планы атак и отрабатывать маневры на метле. Монтегю видит эту злость в полных экспрессии строчках и не может не удивляться. Похоже, их отношения гораздо глубже, чем можно было себе вообразить. Они, как те близнецы, разделившие один разум по разным телам. И не похоже, что их противостояние вообще когда-нибудь прекратится.
***
Новый учебный год начинается, как обычно, с распределения. Ужин, переполошенные первокурсники, привычно-угрюмый Снейп и гомон в коридорах. А Флинт выпадает из этого праздника напрочь. Профессор Зельеварения уже успел его перехватить перед церемонией и провести очередную воспитательную беседу, но в ней нет необходимости. После этого «адского» лета Маркусу не нужно напоминать ни о чем. Отец лично проверял все его работы и все, что он учил эти долгие три месяца. Бедняге оставалось только терпеть и вспоминать старенькую метлу да холодный ветер на высоте.
И, конечно же, первым делом после ужина и стандартной речи Снейпа в общей гостиной он стремится на поле. Древко метлы в руках, кажется, подрагивает сильнее, чем его пальцы. Три месяца без полетов – он никогда еще так долго не оставался на земле. И ни за что не будет. Он себе поклялся. И на первых же метрах высоты не может удержаться от счастливого смеха.
– Вот уж не думал, что ты будешь настолько рад, – слышится немного выше и сбоку веселый голос, и он тут же реагирует.
– Даже ты, Бэмби, мне сейчас настроение не испортишь, – Флинт улыбается во все зубы и жмурится от удовольствия, поднимаясь все выше.
– Я надеюсь, что и ты мне его не испортишь, просидев три месяца без тренировок, – скалится в ответ Вуд, а Флинт моментально устраивает погоню.
– И не надейся, чертов гриф! Вы продуете нам, как обычно, к Трелони не ходи! – фыркает он, с легкостью догоняя Оливера, и ощутимо пихает того в бок.
– Кто кому еще, – по привычке огрызается гриффиндорец.
А ведь он соскучился, признает Вуд. Они оба. Флинт – по полетам, а он – по Флинту. Тупому троллю, безбашенному охотнику и просто грубому парню, в которого он влюбился. Он понял это, когда ожидание скудных ответных писем стало невыносимым, а сентябрь – далеким как созвездие Кентавра. Узнав о том, что Флинт остается на второй год, он испытал стыдливую радость. Это - шанс. Еще один шанс наконец-то победить старого соперника. Шанс продолжить общение и стать ближе. Шанс признать свои чувства и признаться. Нет, о самом признании он, конечно, пока еще не думал. Просто, на будущее. Сейчас ему с лихвой хватает и того, что Флинт – вот он, на расстоянии вытянутой руки, что снова в одном небе вместе с ним, и что они снова смогут сражаться друг против друга.
А после они устраиваются на трибунах и не могут наговориться, споря до самой темноты. Флинт привычно груб и ехиден, и Вуда это тоже не может не радовать. Он и злится, и тут же смеется на реплики слизеринца, и не устает пересказывать ему в десятый раз все последние квиддичные новости. По гостиным расходятся почти в полночь. Флинта встречает старая команда, а Вуда – близнецы Уизли.
– Братец Фордж, ты таки испортил нам капитана. Первый день в школе, а он променял верную команду на любимого соперника, – хихикает Джордж, повиснув на шее у Фреда.
– Ничего подобного, – отвечают Оливер и Фред в один голос, а близнец лишь сдавленно хохочет, утыкаясь в плечо брата. Тон Фреда так же насмешлив, а вот у Вуда он деланно возмущен и дополнен легкой краской на скулах.
– Да ладно тебе, кэп. Мы же все понимаем, – заговорщицки подмигивает ему Джордж. – Чувства и все такое…
– Да какие, к черту, чувства?! – злится Вуд от того, что тот попал в самую точку.
Делиться этим с кем-нибудь он пока не готов. И уж точно первым будет не Джордж Уизли. Может быть, Фред. Или Алисия, которая тоже хитро на него смотрит. Игры смешанными командами тогда оказали на них неизгладимое впечатление. В диковинку было вот так играть с непримиримым соперником: плечом к плечу и за одну победу. Зато финальный матч за Кубок школы был выше всяких похвал. Мастерство обеих команд как будто разом поднялось на новый уровень. Игроки легко предугадывали действия противника и вытворяли в воздухе такое, от чего трибуны замирали в испуганном восхищении. И, конечно же, гриффиндорцы не могли не отметить прогресс в «отношениях» двух капитанов. Над Оливером сначала в открытую смеялись, потом просто подшучивали, а к игре и вовсе успокоились. И никто, никто после победы Слизерина не сказал ему ни слова укора. Да и обвинять, собственно, было некого, кроме самих себя. И все это слишком хорошо понимали. Поэтому, с наступлением нового учебного года, Оливер обещает себе выложиться на все двести процентов и обязательно победить. Обязательно. Ведь другого шанса у него больше не будет.
***
Школьная жизнь затягивает их с головой. Учеба, полеты, тренировки, зелья и заклинания. Оливеру иногда кажется, что в его сутках отнюдь не 24 часа, а гораздо больше – столько всего он успевает сделать. Он завидует Фреду и Джорджу, которым по плечу любые преграды с их энтузиазмом, и Флинту, который уже выучил весь седьмой курс наизусть. В бешеной круговерти дней приближается Рождество, а силы у Оливера уже на исходе.