Торн [ЛП]

ЛАРОНА

Связанная в течение уже нескольких часов я лежу на своей кровати. Мой мочевой пузырь грозится лопнуть, а я ничего не могу сделать, кроме как ждать. Когда до моего слуха доносятся шаги Торна, я практически вздыхаю с облегчением… практически.

Я жду, когда он зайдет в комнату и освободит меня. Пластиковые стяжки врезались в плоть. Я уже подумываю позвать Торна, но не решаюсь.

Слышу шум воды в ванной комнате, и мне становится не по себе. Почему он не освободил меня? Зачем принимает душ?

Я заставляю себя дышать спокойно. Я не должна сходить с ума. Он принимает душ… это ничего не значит.

Слышу, как перестает литься вода. Ну а дальше не слышу вообще ничего. И этот факт заставляет меня нервничать куда больше.

Внезапно дверь в мою комнату открывается, и в дверном проеме показывается Торн — большой, угрожающий, заполняющий собой все пространство. На нем черные спортивные штаны и свободная футболка… весь в черном. Одежда напоминает мне тренировочные костюмы для боевых искусств. Торн смотрит на меня и молчит… только его взгляд скользит по моему телу. И снова у меня возникает ощущение, будто он прожигает глазами тонкую простыню, что скрывает меня от его взгляда.

— Пожалуйста… пластик врезается мне в кожу, — осмеливаюсь я сказать.

Тут же он подходит ко мне и садится рядом. Он настолько тяжелый, что матрас прогибается. Тем не менее, он необычайно нежен, когда прикасается к моим рукам.

Его пальцы оставляют горящие следы на моих запястьях — по крайней мере, так чувствуется… моя кожа очень чувствительна к его касаниям. Я объясняю это страхом, что Торн вызывает у меня.

— Это надо разрезать, — говорит он, и у меня создается ощущение, что Торн говорит не со мной, а с самим собой. Так или иначе, он встает и выходит из комнаты. Он возвращается с ножом в руке, который, должно быть, взял на кухне.

Он снова садится на кровать, и тот факт, что теперь у него в руке довольно-таки большой кухонный нож, делает ситуацию еще более напряженной.

Торн поддевает стяжку на запястьях лезвием, однако затем медлит. Когда он смотрит на меня, меня охватывает легкая дрожь. В этот момент все, что я считала в Торне рациональным и контролируемым, исчезает.

— Н-нет… — начинаю я заикаться еще до того, как Торн что-либо делает.

— Я не сделаю тебе больно, — шепчет он хрипло, и я цепенею от ужаса, когда он выпускает нож из своих рук и вместо того, чтобы освободить меня, стягивает простыню в сторону. Я по-прежнему связана, а Торн смотрит на мое обнаженное тело. Я слышу, как он резко втягивает в себя воздух… если бы я не знала лучше, то подумала бы, что он вдыхает мой запах — запах своей добычи.

Крупная рука ложится мне на живот, и я снова замираю. Но на краю сознания мелькает какое-то другое ощущение… Мое тело реагирует на прикосновение Торна. Кожу покалывает в месте, где лежит его рука, и между бедер разливаются теплые волны. Проклятье! Пожалуйста, пусть он этого не заметит — он, вероятно, истолкует это в качестве приглашения или, как минимум, согласие.