Торн [ЛП]

ЛАРОНА

Я просыпаюсь, и меня до сих пор трясет. С облегчением понимаю, что в постели я одна. Должно быть, ночью Торн ушел, оставив меня в покое. А вдруг он… Нет! Я бы почувствовала. К тому же я до сих пор завернута в простыню.

Я сажусь в постели и жду, пока восстановится кровообращение. В горле пересохло, меня мучает убийственная жажда. Обернутая простыней, я подхожу к двери и тихо открываю ее. Прислушиваюсь, но в доме не слышно никакого шума. Еще рано — Торн, наверняка, еще спит.

По возможности бесшумно, я пробираюсь на кухню, чтобы взять из холодильника сок. Но замечаю на кухне Торна, и меня едва не хватает сердечный приступ. Я пытаюсь сбежать обратно в свою комнату. Я не издаю ни звука, но, не смотря на это, Торн тут же оборачивается и смотрит на меня.

— Тебе лучше?

Я киваю и, словно испуганный кролик, наблюдаю за тем, как Торн разбивает яйца в сковороду и нарезает помидоры. Сейчас он одет не в свою полевую форму, а в черные спортивные штаны и свободную футболку. И… он готовит! Огромный монстр-вояка стоит на кухне и готовит завтрак!

— Тебе надо поесть. Яичница с помидорами… надеюсь, тебе это по вкусу?

Я беру себя в руки и снова киваю. Стоя там, Торн не выглядит так, будто собирается наброситься на меня… и сегодня ночью он со мной ничего не сделал. «Кроме того, что спас жизнь», — добавляет мой внутренний голос.

— Садись, — командует он своим низким голосом.

Поплотнее затянув простыню вокруг тела, я сажусь за стол. Я действительно голодна. И уже не надеялась, что мне еще когда-нибудь удастся попробовать яичницу с помидорами.

Торн ставит передо мной тарелку с едой и, будто прочитав мои мысли, наливает в стакан сок и подает мне. Я тут же залпом выпиваю почти весь стакан. Торн садится за стол напротив меня и впивается в меня взглядом.

Мое сердце тут же ухает в трусы, которых на мне… как я вспоминаю, к своему стыду… нет.

— Итак, — начинает он тихо, не оставляя никаких сомнений, что любое противоречие с моей стороны неприемлемо. — Почему ты проглотила эти таблетки?

Я откладываю вилку в сторону. Что он хочет услышать? Правду? Что я бы скорее умерла, чем была изнасилована им?

— Я… хотела умереть, — тихо говорю я.

Он выгибает бровь.

— И использовала для этого стабилизирующие кровообращение стимуляторы?