Рожденный в огне «Феникс» [CИ]

От страшной догадки женщина осеклась. Блюхер изначально старалась держаться особняком от бойцов нашего отряда, но с Лизой они все же сошлись, пусть и не стали лучшими подругами.

— Боюсь, что второе, — печально ответил я. — Здесь явно произошла какая-то трагедия, еще до нашего прихода.

— Но что именно?!

— На этот вопрос сейчас могут ответить только Хайнц и Анжела.

— Я сейчас свяжусь с Мозером…

— Нет, лучше воспользоваться громкоговорителями и микрофонами. Не стоит заставлять его повторять эту историю несколько раз.

— Но нас же услышат эти! — «Энфорсер» махнул рукой в сторону пленных мехов, сам Мозер уже покинул их и направлялся к нам.

— Ну и пусть! — возразил я. — Что они в этом рассказе услышать такого, чего им нельзя знать? И вообще, я в любом случае сейчас хочу поговорить с ними. У меня есть для них задание.

— Какое еще задание?!

— А Блека из кокпита ты сама будешь вытаскивать?

— Ты ИМ это хочешь поручить?

— А что тут такого? Если ему вздумается пострелять, то пусть его люди и рискуют собой.

— Ну, а если…, - начала Уинстон, но тут же замолчала.

— Именно. В присутствии пяти мехов они все равно не смогут выкинуть ничего этакого. Кстати, как прошел твой бой с «Пантерой»?

— Нормально. Ее мехвоин — хороший боец, но я оказалась немного лучше, да и разница в классе сказалась. Я отстрелила машине ногу, на этом все и закончилось.

— Что с пиратом?

— Остался у «Пантеры».

— И ты позволила ему это?!

— Знаешь, Нильсдоттир была абсолютно права — это настоящий самурай. На нем надета форма ОВСД, и он не расставался со своими мечами даже в кабине меха, так что никуда он от нее не уйдет, а может просто вспорет себе живот, как это у них принято.

— Ладно, пусть будет, что будет. Пойду, посмотрю, что там с Анжелой.

Развернув «Центурион», я направил его в ту сторону, куда отлетело кресло катапульты. Циммер отнесло метров на триста от ее разрушенной машины. Когда я приблизился, она уже выпуталась из привязных ремней и нервно ходила вокруг кресла. На подошедший мех она даже не посмотрела.

— С тобой все в порядке? — поинтересовался я через внешние микрофоны.

— Если не считать того, что из-за меня погиб человек, а мой «Падший Ангел» все равно превратился в хлам, то да! — зло выкрикнула она, а потом отвернулась и продолжила тихим, грустным голосом. — Прав был отец, я ни на что не гожусь… Если бы не мое самомнение, ничего этого не произошло бы. Не стоило мне вообще начинать все это. Мехвоин из меня действительно никудышный. Я ухожу из отряда…

Некоторое время я просто ошеломленно смотрел на девушку сквозь бронестекло кокпита, потом опустил «Леди Смерть» на корточки и нагнул торс, чтобы лучше видеть Циммер.