Дракон и солнце 2. Снег к снегу (СИ)

Вытянув меч, он заскочил обратно в зал с троном и рявкнул на первую из оживших ледяных фигур, слишком близко подобравшуюся к двери:

- Фус!..

Вся Церковь… ими набита вся эта клятая Церковь, думал он, разбивая противников в ледяное крошево. Ведь чуяло же сердце, что надо разнести их вдребезги!.. Джон знать не знал, почему они ожили, но это случилось и теперь придется прорываться с боем.

Длинный Коготь звенел и эхо ударов металось по стылому залу, умножаясь и мучая слух. Сапоги скользили по льду, куски мерзлого мяса с шуршанием елозили туда-сюда под ногами. Последнего коруса, синеватого, будто хрустального, он добил пинком ноги, отправив его прямо на хищные зубья сосулек, торчавшие из стены. За спиной послышалось шуршание, и Джон, обернувшись, увидел, как из-за трона появляется Призрак, а следом горемычная волкихарская семья, жавшаяся друг к другу в поисках тепла.

- Так кого ты там расколдовать-то хотела, доча? - злопамятно спросил Харкон. Серана обреченно сморщилась, догадываясь, что отец еще не скоро забудет ей этот добросердечный порыв.

Дальше все шло тем же чередом. Призрак караулил двух несчастных, держа на почтительном расстоянии от очередного опасного места, а Джон продвигался вперед, последовательно опустошая Церковь. Знать, судьба у него такая, смиряясь, подумал Сноу, глядя, как очередной фалмер разлетается морозными крошками. Всегда все сводится к этому - лорд-ворона и его валирийский меч против ледяной армии.

В какой-то момент Серана, сбежавшая из-под надзора лютоволка, высунулась из-за угла, занося тряскую руку, чтобы метнуть сосульку, но он ее остановил:

- Не трать силы. Впереди еще долгий путь.

За Сераной показался довольный Харкон, который, оказывается, рылся по углам вместо того, чтобы следить за дочерью.

- Вы только гляньте, - радовался Папуля, помахивая доисторическими варежками с меховой опушкой.

Варежки единодушно отдали Серане, а Джон еще и обругал обоих за самодеятельность. Бывшие вампиры только хмыкнули. Видать, привычка к всемогуществу и неуязвимости так легко не выветривается, подумал Сноу.

Когда они вышли из Церкви, до рассвета было еще далеко. Прохрустев по снежку к святилищу, они увидели, что все порталы закрыты. Прелат стоял, глядя в небо, а на вопросы лишь тупо отвечал:

- Да пребудет с вами благодать Ауриэля, Посвященные.

Они вошли в каменный туннель, и Харкон недовольно заворчал, напоминая бдить, поскольку фалмеры все еще где-то тут. Туннель им удалось миновать без стычек, но стоило выйти в ущелье, как на Джона тут же накинулось сразу пятеро образин. Бок о бок с Призраком он вступил в бой и без особых сложностей победил, а когда обернулся на хлюп и треск за спиной, увидел, что под ногами волкихарцев лежат еще трое. В одном из фалмеров торчала знакомая сосулька. Серана с довольным видом натягивала варежку обратно, а Харкон стоял, опираясь спиной на скалу и тяжело дыша. Красивый изогнутый меч свисал из его руки, весь покрытый темной фалмерской кровью.

- Он был выкован для вампира, - мрачно сказал лорд, а потом глянул на Джона с кривой усмешкой: - Если все еще хочешь меня убить, сейчас самое время. - И засмеялся: - А то не успеешь, того и гляди сам помру.

Джон покосился на него с сомнением. Помрет он, дождешься от такого. Бывший вампир, словно не замечая этого оценивающего взгляда, качнул мечом, слишком тяжелым теперь для его руки, и неверяще добавил:

- Надо же… А ведь мне всего пятьдесят три.

А с виду сорок пять, присмотрелся к Папуле Сноу. Впрочем, подумал он, сейчас это выглядело, как очень непростые сорок пять.

- Знаешь, пап, - сказала Серана, - это самое похожее на жалобу, что я слышала от тебя за тысячи лет.

- Вот на все эти тысячи я себя и чувствую, - хмыкнул Харкон, вытирая клинок об обноски фалмера по соседству. - Слушай, дочь. А мы же тут видели какие-то шкурки в крапинку?..

Пробравшись среди замерзших за ночь тел, которые они оставили позади еще в прошлый раз, компания пошла мародерствовать по бедным хижинам фалмеров. Вскоре они и в самом деле нашли какие-то отвратительно выделанные шкуры, снятые с местных долинных оленей и даже одного саблезуба. Утепляясь, волкихарцы не переставали ворчать. Шкуры им пахли, фалмеры - косорукие неумехи, королевская семья недовольной быть изволит. Джон только хмыкнул, радуясь, что теперь капризная парочка, возможно, все-таки не околеет насмерть. Как-никак впереди их еще ждали ледяные пещеры.

- Что-то мне нехорошо, - пожаловалась Серана, потирая живот.

- Это тебе есть хочется, - напомнил ей отец суровые реалии человеческого бытия, а потом сунул нос в плошку с фалмерской стряпней и отпрянул: - Фу… Мы еще не настолько голодные.

- Выберемся из пещер, поймаем олешка, - утешил их Джон. - Я вам его даже зажарю. Вы, поди, и огонь-то разводить не умеете.

- Будто ты умеешь, - фыркнул Папуля, пока они выходили наружу. - У тебя при себе ничего и еще полничего, ни кремня, ни кресала. И ты не маг.

- А мне доступно слово Йоль, - съехидничал Джон. - Несмотря на все твои старания.

- Ну да, ты же у нас Довакин, - легкомысленно вспомнил Харкон. Похоже, извинений тут не дождешься, подумал Сноу. А Папуля добавил: - Кстати, я умею разводить огонь.

И в качестве доказательства махнул рукой, подпалив хижину, скотина.