Тень Серафима [АТ]

Он негромко вздохнул, но заклинатель вновь никак не отреагировал.

— Но нет — ты слишком прямолинеен, чтобы притворяться, не так ли? — насмешливо звенел голос. — И слишком азартен в игре. Скажи мне, мой проницательный лорд, как высоко оценил бы Доминик степень вероятности умереть этой ночью? Думаю, так же, как и ты, — «ничтожно малой». Тем не менее, теперь он мертв, а город его омыт кровью и едва не уничтожен. Почему же так происходит? Уверен, ты знаешь ответ, также как и я: потому что зачастую для всестороннего анализа и правильных выводов не хватает данных. Что-то остается сокрытым даже от самого пристального взгляда, и даже мудрейшие не в состоянии предвосхитить всё. Мы ошибаемся, Эдвард. Возможно, в этом и заключается наивная прелесть жизни.

— Не равняй меня с Домиником, этим старым самодовольным глупцом, — не выдержав, сухо отрезал правитель. — Он проморгал заговор у себя под носом. Я же сам создал Ледум, в том виде, в каком он существует теперь. Я вылепил его из глины безвременья и придал чеканные формы будущего. Каждый вдох, каждый выдох этого города происходит с моего ведома и дозволения. Ничто здесь не может остаться сокрытым от меня. Ничто!

— Вот как? Удивительно. Значит, это с твоего высочайшего разрешения был убит твой сын? — Снова смех. Оскорбительный, невыносимый смех, впивающийся в разум сотнями раскаленных добела иголочек, сотнями сияющих осколков горного хрусталя, который приносит безумие, если его разбить. — Или думаешь, раз ты обеспечил тотальное слежение за подданными, те в благодарность не захотят тебя предать?

— Ни то, ни другое, — угрюмо процедил лорд. — Ты снова прав, Альварх.

Он хотел было сказать что-то еще, но удержался и только скривил губы, демонстративно отворачиваясь от гостя к окну, как если бы тот мог видеть его гримасы.

— Ну хорошо, хорошо, Эдвард, — примиряюще протянул незнакомец. — Не сердись. Понимаю, ты всерьез утомлен своими приключениями и не настроен на светскую беседу. Я сам виноват — выбрал не лучшее время для визита. Сейчас действительно лучше всего отдохнуть как следует, набраться сил перед новым днем. Я вижу, он будет нелегким и столь же темным, как ночь… мы даже не заметим его прихода. Нити судьбы сплетаются в причудливые и страшные узоры.

— Не нужно играть словами и пугать меня туманными пророчествами, — с досадой поморщился правитель. — Тебе известно, что я готов выполнять обязательства, но избавь меня от нелепых игр. Должно быть, ты скучаешь, очнувшись ото сна. Если пожелаешь, я…

— Нет, — коротко оборвал гость, и лорд Эдвард осекся на полуслове, едва не прикусив язык. — Не стоит. Поверь, я найду, чем заняться, дитя, всё в порядке. Но запомни: Игра будет продолжаться. Игра будет продолжаться, пока существует этот смешной мир.