Тень Серафима [АТ]

Октавиан был не первым носителем своего имени в истории ветвистой династии Аманидов — полностью он звался верховный лорд Октавиан Второй Севир. Обыкновенно, помимо личного и родового имен в титулах правителей Аманиты присутствовали также прославляющие их громкие прозвища, но только вступивший на престол молодой правитель деяниями своими пока не успел снискать такого. Само по себе имя его уже было знаменито и несло в себе заряд и одновременно тяжесть некой миссии, посланной свыше. Октавиан Первый, отдаленный предок, по существу, и стал тем, кто положил начало долгому периоду правления Севиров, длящемуся по сей день.

Он был основателем рода.

В те неспокойные годы царствующий лорд лишился на склоне лет обоих наследников мужского пола, а потому было принято решение усыновить выходца одной из меньших семей — активного и амбициозного юношу. Так в расцвете сил Октавий стал инфантом и приёмным сыном правителя Аманиты, в честь чего сменил полученное при рождении имя на «Октавиан». В правящий род влилась свежая, но не менее достойная кровь.

Годы прошли под знаменем яростной войны с нечистью и борьбы людей за положение доминирующей расы. Октавиан Первый был человек суровый, даже жестокосердый, и вошел в летописи с прозвищем «Победоносный», так как именно при нем была одержана решающая победа над оборотнями, после чего те были загнаны в Пустоши и Лес и более не осмеливались серьезно тревожить человеческие города.

Ну, до недавних громких событий, разумеется.

— Милорд, последние события в Ламиуме вызвали серьезные волнения во многих городах Бреонии, — вполголоса заметил советник, озвучивая витавшие в воздухе настроения, которые, однако, никто так и не осмеливался произносить вслух. — Объединенное нападение оборотней, которых многие давно не воспринимали всерьез, взбудоражило и фактически повергло страну в панику. Гнев и недоверие нарастают по всей Бреонии. Это время, когда зарабатываются легкие политические дивиденды — и так же легко и быстро теряются репутации.

— К чему вы клоните, Лукреций? — прохладным тоном проронил Октавиан.

— Авторитет правителя Ледума, спасшего Ламиум от полного уничтожения, значительно вырос, — вежливо пояснил подданный. — Я бы сказал, что ситуация критическая. Ламиум уже потерян для нас, и это только начало. Чаши весов опасно колеблются, и малейшая ошибка может стать непоправимой. Действия лорда Эдварда, не желающего подвергать свой город опасности следующего нападения, выглядят в глазах общественности предусмотрительными и более чем оправданными. Опрометчиво в таких условиях совершать нападки на национального героя, проявившего себя подлинным лордом-защитником, и призывать пожертвовать безопасностью ради проведения церемонии. Следует поступить осмотрительнее, дабы сохранить одновременно одобрение и поддержку знати и простого народа Аманиты, а также верность союзников, которые ныне колеблются.