Государство Катар. Отражения во времени

Акты отмщения приобретали, порой, такие масштабы, что затрагивали целые племена. Дело в том, что если «пострадавшая сторона» и «сторона обидчика» принадлежали к разным племенам, и семейно-родовой клан убитого со стоящим за его спиной племенем отказывались принять выкуп, то племя пострадавшего клана имело право пролить кровь в племени клана-обидчика. И тогда между племенами воспламенялись войны, продолжавшиеся до тех пор, «пока число убитых с обеих сторон не оказывалось равным». Сменялись, случалось, целые поколения, а долг кровной мести так и оставался неисполненным. Вражда длилась десятки лет, и кровная месть истребляла целые племена. «Замирению племен и забвению обид» могло положить конец только улаживание «кровных счетов», всех, без исключения, вопросов кровной мести.

Ели племя «обидчика» было слабее племени «убитого», которое отказывалось к тому же принять выкуп за пролитую кровь своего соплеменника, то, чтобы избежать заранее предсказуемых потерь в схлестке с ним, такое племя само наказывало «обидчика»: либо предавало его смерти, либо изгоняло из племени, и извещало об этом племя «пострадавшей стороны».

Жизнь кочевых племен в Аравии, будь то в Катаре, или где-либо еще, проходила в прошлом в постоянных набегах (газу) на несоюзные племена, поселения и даже города. Газу — древнейший обычай, унаследованный кочевниками от их предков. Добычу, захваченную во время газу, бедуин воспринимал, как вознаграждение за все утраченное им ранее. Газу в понимании бедуина Аравии прошлого, истинного араба, как он себя величал, равно как верблюдоводство, коневодство, охота и торговля, являлись «занятиями благородными», отвечавшими понятиям чести и достоинства «сына колыбели арабов».

Во время газу категорически запрещалось насилие над женщинами, стариками и детьми. Закон неприкосновенности женщин в набегах вырабатывался веками, передавался из поколения в поколение, и свято чтился арабами Аравии прошлого. «Посягать на женщин и все, что на них», равно как и на женские верблюжьи седла, запрещалось категорически. Это пачкало имя араба, как ничто другое. Мужчины знали, что если сегодня — удача на их стороне, то завтра все может быть совсем иначе. И поэтому правило-уложение, завещанное им предками и гласившее: «Не трогайте наших женщин, стариков и детей, и мы не тронем ваших», — соблюдалось в племенах неукоснительно.

Перед выступлением в набег бедуины непременно лакомились кофе с финиками; косточки от фиников швыряли через плечо. Бытовало поверье, что хотя бы одна из косточек «дерева-кормилицы» аравийца принесет бедуину удачу — дарует в вылазке ценный трофей в виде лошади или верблюда (1).