Вся пани Иоанна. Том 1 [компиляция]

На этом этапе я видела драку в зеркальце заднего обзора. Я подъехала в тот момент, когда Зигмусь сворачивал на луг, а я сама стала заворачивать на эту дорожку, аккурат когда на него замахнулись палкой. Моя личная помощь могла ему только помешать, хотя я в первый момент и попыталась задавить одного из бандитов. Тот, правда, отскочил с дороги, и я занялась другой проблемой. Выпущенная из рук Флоренция неслась прямо вперёд со скоростью железнодорожного экспресса, и мысль о том, что после придётся искать её Бог весть где, ударила мне в голову, словно колокол. Я в своё время столько пережила, разыскивая собаку, а тут ещё и лошадь! Тем более что на собаку тогда никто не покушался…

«Фольксвагенам» ужасно нравится ездить по грунтовым дорогам, но все-таки Флоренция в этом виде спорта оказалась впереди. Она удалялась от меня; к счастью, мчалась она по-прежнему по дороге, не сворачивая. Я отчаянно пыталась вспомнить топографию окрестностей: нет ли по дороге какой-нибудь канавы, овражка, воды.., словом, какого-нибудь препятствия, через которое она радостно перепрыгнет, а я повешусь на ближайшей ветке. Гнаться за ней на машине — это ещё куда ни шло, но пешком…

Ни одной живой души в округе не было видно, потому что местность в принципе принадлежала заповеднику. Дорога петляла, на обочине возникали кусты, временами я теряла Флоренцию из виду. Один раз над дорогой метнулась чёрная тень, и я поняла, что Флоренция сократила себе путь, перепрыгнув через что-то. Меня терзали смертельные опасения, что она запутается в брошенном поводе, зацепится ногой, свалится… Ведь её сейчас дополнительно подгоняют бьющие по бокам стремена… Я проклинала в мать-перемать Зигмуся, Монику и их пардубицкие тренировки: слишком много сил было у этой проклятущей кобылы, нормальная лошадь уже давно замедлила бы галоп! Смилуйся, Боже, надо мной, где она остановится, если вообще остановится?!

Где именно она остановилась, я никогда не узнала, потому что она мне этого не рассказывала. С того момента, как посмотрела на спидометр, я накрутила ещё одиннадцать километров, а посмотрела я на него только где-то на половине бешеной погони. Рысак может пройти пятьдесят километров, но она-то мчится галопом… Я совершенно потеряла её из виду и лихорадочно металась всюду, куда мне только удавалось въехать, напряжённо оглядывая окрестности, поскольку сообразила, что в этой местности встречаются ещё и небольшие болотца. Лошадь, может, и проскочит, а вот машина увязнет — и поминай как звали… Днищем я зацепила какую-то корягу. Потом пыталась подкрасться к чёрной стае ворон, уверенная, что это затаилась Флоренция… Словом, что я пережила, — то моё.