Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

И еще я сразу сообразила, что теперь уже точно деваться некуда, придется задействовать ателье. Ничего, побегает Стефан в ванную кружным путем, через сад и терраску. Ему, по словам Эльжбеты, такие пути не в новинку, он человек здоровый и очень даже крепкий физически. Для поддержания формы движение — первое дело.

Эльжбета притащила себе из кухни табуретку, на чем и завершила свои кухонные работы.

Олаф пытался общаться со всеми одновременно, однако это у него не слишком получалось, Алиция не успевала переводить и поправлять ошибки, Эльжбета помогала весьма неохотно, а пан Вацлав, к огромному своему огорчению, в беседе практически не участвовал, так как владел, похоже, только французским, от которого в Скандинавии проку мало. И тут случилось чудо. Оказалось, что Юлия отлично знает английский, о чем проболтался все тот же пан Вацлав, который, конечно, не мог не встрять в разговор.

Что ей оставалось делать? Уже не удастся ограничиться, как прежде, краткими «спасибо, да», «спасибо, нет». Темпераментный швед засыпал всех вопросами, хотел знать все обо всем, в особенности же интересовался Польшей. Юлии пришлось рассказать о водопаде Мицкевича в Высоких Татрах и танцах тамошних аборигенов-гуралей, об охоте в Беловежской пуще или ловле пресноводной и морской рыбы в польских водоемах. Как оказалось, у непоседливого Олафа был пунктик на рыбе и рыбной ловле. Особенно его интересовал браконьерский вылов форели в горных реках Европы. Бедная Юлия в этом благородном деле совершенно не разбиралась и в лучшем случае могла поделиться с ним своими знаниями о европейских исторических конфликтах и польско-шведских войнах, одну из которых наш народ весьма поэтично окрестил «шведским потопом».

Эльжбета все это время безмятежно восседала на своей табуретке рядом со мной. Пришлось ткнуть ее в бок:

— Дай отдохнуть пани Юлии и расскажи ему об угрях в Висленском заливе, если еще не знает.

— Что именно об угрях в Висленском заливе?

Я, намеренно привлекая к себе всеобщее внимание, хладнокровно продолжала:

— Сразу после окончания войны в сорок пятом там угрей развелось видимо-невидимо, так что буквально в воде не умещались. Здоровенные такие, как лоси, толщиной в две руки, и жирные, что тебе свиньи-рекордистки. Откормились на утопленниках, которые потонули в ходе эвакуации беженцев. Немцы так от русских драпали, что от перегрузки суда переворачивались и тонули одно за другим. Вот угри и воспользовались случаем подкормиться, они ведь по природе хищники и питаются мясом. Им все равно кого есть, немец так немец.

— И что стало с этими угрями?

— Да ничего особенного. Пошли в готовку. Люди постарше и по сей день вспоминают их замечательный вкус чуть ли не со слезами благодарности на глазах.